Звонок Арины в контору, где должен был трудиться Георгий, ощутимого результата не дал.
– Георгий Андреевич был нашим финансовым директором, но уже на пенсии. Вышел два месяца назад на заслуженный отдых. Как его дочери, вам должно было быть это известно.
Арина что-то пробормотала в свое оправдание и побыстрее повесила трубку.
– Так мы ничего не добьемся, – сказала она мужу. – Просить номер мобильного своего «папочки» я даже не буду.
– И не надо! Пробьем его машину по базе данных, узнаем и адрес, и телефон, и кучу личных данных. Посмотрим, насколько они отличаются от тех, что мужик выложил в анкете.
Они выяснили и номер телефона, и место жительства. А с помощью очередного звонка по бывшему месту работы Георгия узнали также и адрес его электронной почты, и даже семейное положение, которое сообщила Силу ставшая при звуке мужского тембра в трубке в один миг любезной и разговорчивой секретарша. Но это ни на шаг не приблизило их к пониманию того, как им надлежит действовать дальше.
– Тьфу ты! Куда ни посмотришь, всюду положительный образ у человека вырисовывается. Был женат. Больше десяти лет как разведен. Дети имеются, сын и дочь, обоим уже за тридцать. У него даже штрафов почти нету. Один-два за год за небольшое нарушение скоростного режима движения, да и те сразу же оплачены.
Пенсия у Георгия была более чем приличная. Квартира имелась своя, отдельная, в новом жилом комплексе премиум класса. И все указывало на то, что Анастасии Эдуардовне сказочно повезло, если она сумела обзавестись подобным кавалером. И все же у Сила из головы не шли таблетки, которые выпила его мама. Зачем она такое сделала? И ни записки не оставила, ничего.
– Спросим у нее самой, когда она поправится.
Но об этом приходилось только мечтать. Анастасия Эдуардовна была введена в медицинскую кому по показаниям, о которых сын и невестка имели весьма смутные представления. Тем не менее в справочной больницы к ним проявили человеколюбие, соединили с отделением, в котором находилась пострадавшая, и дежурный врач подробно описал им состояние, в котором пребывала женщина:
– Могло быть и хуже, – вот самое оптимистичное высказывание, которое они услышали от него. – Доживем до утра, там уже видно будет.
– Но она выживет?
– Разве я Господь Бог, чтобы сказать, кто будет жить, а кому суждено умереть. Посмотрим. Шанс есть, что выкарабкается, но состояние тяжелое.
После разговора с врачом Сил буквально не мог усидеть на месте.
– Я должен разобраться. Я должен поговорить с Георгием.
