Мужчина провел рукой по лицу, словно смахивая уныние, которому он неожиданно для себя дал волю.
– Сейчас я завидую вам, – вырвалось у него.
Тонкие черные брови графини взлетели вверх, как два четко очерченных полукруга.
– Завидуете мне?! Что я слышу! Вы, такой богатый, такой знатный, завидуете бедной женщине?
– Вы не такая уж и бедная, – заверил ее кардинал. – К тому же особа королевской крови, которую вот-вот окончательно признают при дворе. Я видел, как на вас смотрела королева. Будьте уверены, ваш звездный час не за горами, чего нельзя сказать обо мне. Мне никогда не добиться от Марии-Антуанетты хотя бы ласкового взгляда, как бы я ни старался.
Жанна изобразила удивление:
– Но почему?
Де Роган вздохнул.
– Виной всему эти грязные сплетни, которые кто-то усердно распускает во дворце. Слышали?
Графиня покачала головой. Прядь черных волос, вырвавшись из прически, упала ей на лоб, оттеняя голубые глаза и делая женщину еще привлекательнее.
– Я никогда не интересуюсь сплетнями. Но все же мне любопытно, что о вас говорят.
– Кто-то придумал, будто я был противником брака Марии-Антуанетты и Людовика XVI, считая, что она ему не пара, да еще и высмеял королеву в каком-то письме, которое я никогда не писал! – проговорил кардинал с отчаянием. – Самое ужасное, что она поверила этой лжи.
Тонкие пальцы графини слегка коснулись его локтя.
– Что, если вам с ней просто побеседовать? – промолвила она. – Королева – чуткий человек, уверена, она с удовольствием протянет вам руку.
Де Роган весь сжался, сразу постарев на несколько лет. На лбу обозначилась глубокая морщина.
– Мария-Антуанетта никогда не захочет со мной разговаривать, – простонал он, приложив руку к сердцу. – Думаете, я не пытался наладить с ней отношения? Не помогло ничего! Благодаря ей от меня отвернулись верные друзья, потому что во Франции тот в почете, кто ближе ко двору.
Жанна опустила ресницы.
– Ох, если бы я могла вам помочь! – прошептала она. – Поверьте, я бы сделала все возможное.
Кардинал взял ее руку в тонкой кружевной перчатке и поднес к пылающим устам.
– Знаете, что-то подсказывает мне, что вы – умный и тактичный человек, – начал он. – Кто знает, вдруг передо мной мой ангел-хранитель… Дорогая графиня, если когда-нибудь в беседе с королевой вы коснетесь моей скромной особы, замолвите за меня словечко!
Слушая эти страстные речи, Жанна лишь улыбалась про себя. Да, птичка попалась в силки, и скорее, чем она думала.
– Наверное, я смогу оказать вам услугу. Мне кое-что известно о пристрастиях королевы.
