— Эй, постойте минуточку, а где Маш… Мариль-Этель? — забеспокоилась я. А то сейчас уйдут на свое награждение, а мне кукуй тут среди этих разряженных попугаев. Хорошо, если у местных дам хватит ума не пытаться скрасить мною свою скуку, сюсюкая, трепля за щечки и гладя по головке, а то ведь даже в лоб не дашь — придется терпеть и улыбаться. Кошмарное будущее!
— Мариль? — удивленно оглянулась леди Аль’Варин. — А с чего ты взял, что она будет здесь? Это мероприятие вообще-то не для детей.
Наверное, у меня был о-очень выразительный взгляд, потому что она добавила:
— Но для тебя мы решили сделать исключение…
Кажется, мой взгляд стал еще выразительнее.
Нет, ну словами не выразить, как я вам признательна! Ага, просто счастлива до соплей. И что мне теперь делать? Поговорить о вреде изоляционистской политики и негативных последствиях сейтонского конфликта с близстоящей группой серенианских военных? Интересно, они меня сразу прибьют, если я выскажу свое мнение, или вежливо дождутся окончания вечеринки? А может, присоединиться к компании увешанных драгоценностями кумушек в углу, чтобы узнать все и про всех? Так затискают же до полусмерти!
Я подняла на родителей Машки совершенно несчастные глаза. С ними мне нельзя — слишком много внимания привлеку, но и одной оставаться не хочется. И что делать?
Леди Аль’Варин тихо рассмеялась и вызвала мне огонька-«Сусанина».
— Иди за проводником, — пояснила эта удивительная, святая женщина. — Он проводит тебя к Мариль. Дочь ждет тебя с нетерпением…
— Спасибо! — облегченно выдохнула я и поспешила за золотистым сияющим шариком, пока хозяева не передумали. Цвет проводника обозначал стандартный гостевой статус, «щедрый» серенианский посол — не Сенуст, давший мне синего телохранителя для ВИП-персон. Но сейчас не до ехидства, надо скорее убираться из зала, поскольку на нас уже начали обращать внимание — во-первых, единственный ребенок на взрослой вечеринке, во-вторых, хозяева больно много времени нам уделяют. Было страстное желание обернуться и пожелать Дарену «хорошо повеселиться», но не рискнула, еще решит, что я издеваюсь. И все же искренне надеюсь, что ему удастся извлечь из данной ситуации хоть какую-то выгоду.
— …а здесь у меня хранятся наряды! — И я тоскливым взглядом окидываю огромную комнату, увешанную рядами Машкиных платьев. — Сейчас я покажу тебе свои самые любимые…
Моя спутница тянет меня в угол, где висят длинные, до пола, туалеты, по очереди сдергивает с мягко пружинящих полупрозрачных манекенов украшенные вышивкой, кружевами и узорами из мельчайшего бисера платья, прикладывает к себе, кружится, что-то объясняет…
А я чувствую себя странно на этой тряпичной экскурсии. Не знаю, в чем причина, может быть, это банальная зависть, но, глядя на красивые, явно очень дорогие модели от местных кутюрье, я испытывала только одно желание — поскорее отсюда убраться. Странно, правда? Утром, покупая одежду, наслаждалась примерками, с удовольствием просматривала различные варианты и подбирала под них аксессуары, а сейчас все мысли о том, чем бы отвлечь Мариль, чтобы убраться из этого мольего рая, хотя ничего подобного этим изысканным вещам в припортовых магазинчиках не продавалось.
— Машка, пощади! Ну неужели в этом дворце больше смотреть не на что? — наконец взмолилась я.
— Ой, прости, я не подумала, — смутилась Мариль. — Ты же, как папа… Он тоже не может долго выдерживать мамины примерки. Мама говорит, мужчины все такие!
— Я не… — и что сказать? Что я не парень? Что точно не «как папа»? Покорно вздохнув, попросила: — Пойдем куда-нибудь еще, а?
— О, я знаю, что тебе обязательно понравится… — загадочно улыбнулась моя подружка, небрежно бросая на пол очередной шедевр местных портных.
— Ну, слава богу, — пробурчала я, радуясь скорому освобождению.
— …но за это ты меня поцелуешь! — безмятежно закончила девчонка, заставив меня буквально уронить челюсть и подавиться на вдохе. Это что за акселерация на фиг?! Ей же лет десять максимум!
— Может, на тебе еще и жениться заодно? — возмутилась я, наконец-то обретя дар речи.
— Да, но это можно позднее, — милостиво разрешила мелкая зараза.
Нет, то, что Машка ожила и осмелела в родном доме, я заметила сразу и даже наивно этому порадовалась, но такого финта острыми ушами от нее точно не ожидала! С чего она вообще взяла, что интересует меня в таком плане? Я, между прочим, парней люблю и на женщин никогда не заглядывалась! И вообще нам, по местным меркам, еще в куклы играть, а не о свадьбах думать.
— И не мечтай! — отрезала я.
— Что? — резко развернулась «невеста». — Ты меня спас? Спас! Теперь должен жениться! Сам говорил!!!
— Что?! — на этот раз в ультразвук ушла я. — Когда это я тебе такие глупости говорил?
— Когда сказки рассказывал! — припечатала Машка. — Говорил?
— Но это же сказки! — возмутилась я.
— Говорил?! — повысила громкость девчонка.
— Ну говорил! Но на тебе жениться не обещал!!! Так что забудь и не мечтай даже! — рявкнула я в ответ. — Вон ищи себе какого-нибудь ушастого аристократа с Серены, у вас ими сейчас полный зал набит — любого выбирай!
