Соня, как раз к этому времени, стала приходить в себя. Но особой разницы девушка не ощущала. Что с закрытыми глазами, что с открытыми. Вокруг было темно, как в гробу. Девушке, даже, на секунду показалось, что она уже умерла. Опомнилась она лишь тогда, когда поняла, что связана по рукам и ногам. Осознав всю безысходность положения, Соня начала звать на помощь. Её никто не слышал. Ни на первый раз, ни на второй. София попыталась сама выбраться. В потёмках она нащупала путы и началась вырываться. Верёвки оказались туго затянутыми. Соня впала в панику. В слезах, она сидела одна, в тёмном, холодном помещение, моля о помощи. Но ответа никак не следовало.
Тогда ночью, она присела у забора, напротив заброшки. Услышав зов Кирилла, который пронесся по пустым улицам квартала, девушка горько зарыдала. Рука не давала покоя. Ладонь ужасно пекла и острила непробиваемой болью. Соня решила опомниться, забыв о прежних событиях. В голове еще немного мутило, но она все равно направилась к любимому, ориентируясь на его голос. «Зая!», ‒ прошептала она убитым голосом. И так несколько раз. Пока она не вошла в пустырь заброшки. Там её уже ожидал неприятный сюрприз. Почти дойдя до крайнего угла здания, девушку схватили, закрыв рот рукой, и потащили в неизвестном направлении. Затем, она потеряла сознание.
В конуре жутко воняло сыростью. Мрачность поглощала девушку. Соня порой пыталась выбраться, отдергивая руки из стороны в сторону, вытягивая их из петель. Но все попытки оказывались напрасными. В конечном итоге, не выдержав всепоглощающей безысходности, София впала в отчаяние. Подобно маленькому ребенку, потерявшему родителей, она горько заплакала. «Помогите!», ‒ жалобно, полушепотом звала она. С каждым разом, тревога внутри росла все больше и больше. И, в тот момент, когда она достигла небывалой ранее силы, Соня закричала во весь голос. Правда, спустя некоторое время, она поняла, ‒ как и попытки освободиться из завязей на руках, эти призывы вряд ли будут услышаны. В надеждах сохранить голос, девушка успокоилась, и стала осматривать помещение.
«Эта комната похожа на одну из тех, что были в подвале заброшки. Зачем меня сюда приволокли? Что они хотят от меня? Мамочка!!! Как же страшно!»
Невольно, Соня вновь начала плакать. Умываясь слезами, она продолжила кричать. И звала бы на помощь она еще довольно долго, пока внутренний страх не остановил крики. Ей будто вырвали голосовые связки. Голос пропал, дыхание замерло. По ту сторону комнаты начали издаваться странные, смешанные звуки. Шаги, шепот, скрежет, легкое потрескивание. Девушка в ужасе поползла назад, к стене.
Внезапно, по коридору, прямо перед конурой Сони, раздались громкие шаги. Они продолжались определенное время, будто кто-то нарочно топчется под дверью. Через мгновение, в глаза Соне ударил тусклый свет свечи. Комнатушку, где она сидела, заполнила серовато зеленая дымка. Из неё, как из тумана, вышел он. Рога увенчивали его голову, глазные выемки были черные, как смола. Он, или, если хотите, оно, небрежно прошлось по конуре. Существо будто осматривало местность. София же, спрятав голову под руками, свернувшись калачиком у стены, начала вспоминать все молитвы, какие знала.
‒ Отче наш! Да придет царствие твое!
Отзвуками Соня могла услышать невнятное, но различимое «Не придет!». Впадая в ужас, она стала кричать молитву во весь голос. Демон увидел страх несчастной, и подобрался к ней как можно ближе.
‒ Узри! ‒ монотонно пробормотал он.
Опасаясь последствий от увиденного, Соня продолжала сидеть в своей позе, неизменно нашёптывая «Отче наш». Девушка не могла вспомнить продолжения известной молитвы, поэтому проговаривала лишь несколько первых строчек.
‒ Узри!!! ‒ продолжал демон. Настойчивость его была настолько сильной, что в очередной раз Соня решилась глянуть на него.
Перед ней выросло лицо старика. Упавшие, морщинистые щеки. Черные глаза, по центру которых вызревали крошечные зеленые точки, наподобие зрачков. Рта не было видно. Продолговатый подбородок демона украшала козлиная, седовласая бородка. По всем признакам, существо было больше похоже на черта. Его лицо искрило безразличием. Взгляд, который явно на себе ощутила Соня, был определенно каменным, невзрачным, и каким-то холодным. На секунду, девушке показалось, что он посмотрел ей прямо в душу. Чудище покачивало головой, и осматривало бедолагу.
‒ Я видела тебя! ‒ одурманенным голосом прошептала Соня. ‒ Ты был в больнице! Я видела тебя! Ты проклял меня!
Голос девушки потерял вдруг былой испуг. Соня, как заколдованная, сидела, уставившись на демона. В этой странно жуткой атмосфере вдруг затаилось молчание.
‒ Зачем я тебя?! ‒ выразительно спросила Соня.
Демон молчал на все её вопросы. Он лишь молча оглядывал её. Пытаясь что-то сказать, он сразу умолкал. Его старые, ели заметные губы, едва прикасались одна другой. Взгляд, при этом оставался неизменным.
В пару мгновений, демон резко обратился вспять. Он обернулся к выходу, после чего в комнате Соня увидела пятерых темных силуэтов, которые пошатывались, будто провожали демона вон.
