Препараты прописали на месяц. Но юная, не опытная Соня, ощутив сильный эффект антидепрессантов, покупала упаковку за упаковкой. Вместо того чтобы прекратить принятие по предписанию, она пила таблетки до самого лета. Это объяснялось, в первую очередь, тем, что под действием таблеток, она переставала слышать и видеть того, что нормальный, здравомыслящий человек не переносит. Во вторую очередь, общее состояние полностью удовлетворяло Соню. Со временем, ей стало казаться, что без этих медикаментов она уже не сможет.
Так продолжалось до тех пор, пока серьёзное беспокойство не стало донимать Кирилла. Он видел, как в любом неудобном случае, Соня спешит выпить лишнюю таблетку. В один вечер, он решил поговорить с девушкой.
‒ Слушай, врачи говорили пить их месяц. Ты допиваешь уже четвертую пачку. Может, хватит?
‒ Зайка, мне легче. Намного легче. Без тебя я бы не справилась, любимый, ‒ она прерывала свою речь ради очередного поцелуя. ‒ Но когда тебя нет, я начинаю забивать себе голову всяким бредом. Они просто помогают. Мне легче, правда.
‒ Сонечка! Я бы не стал тебя просить, если бы не переживал о твоем состоянии. Послушай, эти таблетки уже не нужны. Ты же сможешь без них обходиться?
‒ Не знаю. Вряд ли. Успокаиваться с ними гораздо проще.
‒ Я понимаю. Но всю жизнь нельзя жить на одних таблетках. Вдруг они серьёзно повлияют на твое женское здоровье? И ты не сможешь, например, иметь детей в будущем?
‒ Сплюнь, дурак! ‒ недовольно воскликнула Соня. ‒ Не повлияют! Рожу я! Как только придет время.
‒ Давай перестрахуемся. Пожалуйста! Не хочу давить на тебя. Послушай меня, малыш.
Соня серьёзно задумалась. Она, хоть и подала вид, что не переживает о своем здоровье, в том числе, и будущем, все равно, в моменты полной гармонии, раздумывала о скором потомстве и свадьбе. Девушка установилась в том решении, что Кирилл ‒ тот самый, которого она когда-либо искала. Поэтому, изобразив серьёзный вид, немного покусав губы, она пошла любимому навстречу. Допив тем вечером последнюю таблетку, Соня выбросила пустую пачку и дала слово больше их не принимать. Чего бы это не стояло.
Видения, которые мучали её в прошлом году, ныне не представляли собой никакой опасности. Все же, после недели без медикаментов, Соня резко ощутила нахлынувшие как внезапная летняя гроза, перемены. Она стала особо придирчива, нервная, взбалмошная. Её раздражало все вокруг. Девушка могла по пять раз перекладывать книги на полке с места на место, пока, в конце концов, не сбрасывала их с психами на пол. Охладела она и к любимому. Парень редко получал теплые слова по возвращению домой. Банальным «Жрать будешь?» мог закончиться весь вечерний разговор влюбленных. Кира понимал, как тяжело Софии обходиться со стрессами, обходя возможность таблеточного вмешательства. Иначе, последствия были бы гораздо худшими, чем обычные всплески негативного настроения.
Соня не могла успокоиться. Возвратились головные боли. Без спазмолитиков она не обходилась ни дня. По вискам, словно, кто-то ездил. Боли эхом раскатывались по всей голове, упираясь клином в затылке. Порой, было тяжело ходить. Её часто стало сваливать в сон. Вскоре, возвратились и видения. София будто повернула время вспять, и оказалась вновь в прошлом году, накануне несчастного случае на заброшке. Такое же состояние, ни многим, ни малым. Это, безусловно, до паники её пугало.
Тихое июльское утро одного из таких дней, начиналось более-менее благоприятно. София проснулась, на удивление, в бодром расположении, воспринимала все происходящее с улыбкой, и начала готовится к походу по магазинам. Она намеревалась затеять генеральную уборку. Заметив недостающие средства химии, Соня отправилась в бытовой гастроном. Скупив все нужное, покурив по дороге, барышня понемногу подымалась по лестнице подъезда. Внезапный толчок боли в голове заставил её резко остановиться. Она хватилась за голову, пытаясь помассировать болезненное место. Тщетность этих попыток не давала ей покоя. По пути в квартиру, София продолжала себя успокаивать, настраивать на что-то максимально положительное. Увы, но становилось все хуже и хуже. Перед ней все плыло, как в тумане. Ступеньки и шествующие за ними площадки покрывались сероватой дымкой. Тишину и легкий свист в голове неожиданно взбудоражил резкий голос: «Иди!» Девушка будто опомнилась. В испуге, она рванула к своей двери. Вновь все поплыло. Спешно перебирая ключи в руках, Соня вытирала хлынувший водопадом пот со лба. Войдя в квартиру, она остолбенела.
Темно бежевые обои коридора вдруг почернели, будто покрылись густой, плотной, как смола, массой, которая стекала с потолка по стенам. Пол пленил темно зелёный туман. Стоны стали раздаваться в голове все чаще и чаще. Девушку кто-то призывал о помощи. Сколько бы она не оборачивалась, в коридоре, при открытой входной двери, София стояла совершенно одна.
‒ Иди! ‒ уже более отчетливо взывал голос.
