‒ Хорош уже меня учить! ‒ на полуслове перебил друга Александр. ‒ Сам знаю, что и как мне делать!
‒ Ты не прав, ‒ обиженным голосом ответил Витя. ‒ Я лишь добра желаю. Ты мне не чужой человек.
‒ Такой родной блин, что ты даже в гости перестал приходить.
‒ Работы много. Хлопоты лишь добавляются. И никак не удается выделить минутку для старого друга.
Саша промолчал. Он подозревал лукавость в словах Виктора, рассчитывая на то, что парень просто ищет отмазки, оправдание своему отсутствию в последние полгода. На самом же деле, Витя даже вспоминать не хотел о том, что увидел с другом в подвале. Осознав, что Александр безнадежно фанатичен, парень решил не нагнетать ситуацию, и избавить себя от излишних проповедей.
Летний зной сменялся прохладой июльских северных ветров. Город расположился недалеко от реки и неглубоких озер. За ними ‒ сплошной лес. Зимой ветра оттуда ударяли так сильно, что замерзнуть можно было, лишь подав из ворот носу. Летом же, такие ветра способствовали дневным прогулкам, охлаждая измученных жарой жителей. Ночью ветер утихал, и наступала почти гробовая тишина. В некоторых районах, на подобии известных трущоб, такой тишиной только так пользовались маньяки, грабители и «селекционеры» по типу Александра.
Прогулки друзей продолжались еще около часа. Друзья прошли старыми, незабытыми с молодости местами города. Заглянули они и на местный рынок, от которого Вите оставалось немного к автобусной остановке, с которой он обычно ездил на работу. Друзья вновь вспоминали армейские истории, подшучивая и громко хохоча порой. Веселый настрой у Саши улетучился моментально, стояло ему лишь краем глаза увидеть знакомое очертание лица в толпе. Утром на рынок шло множество людей. Среди них затерялась спешившая за покупками София. Или, уже шедшая домой. Девушка, как оказалось позже, шла ребятам навстречу.
‒ Витек, привет! ‒ неожиданно молвила она в сторону товарищей.
‒ О, какие люди! Привет! ‒ приобнял Соню Виктор. ‒ Рад видеть! Домой?
‒ Та да.
‒ Ну, ладно. Пойдем мы! Приятно было увидится!
‒ До встречи! ‒ улыбнулась в след парням девушка и поспешила с пакетами к выходу с рынка.
Саша насторожился.
‒ Ты её знаешь? ‒ удивленно спросил он.
‒ Да. Тусовались неоднократно вместе. А ты её откуда знаешь?
Александра такой вопрос завел в тупик. Глаза забегали, и парень сразу попытался перевести разговор. Витя несколько минут всматривался другу в глаза. Вспомнив, наконец, с кем он имеет дело, немедленно пригрозил Саше. Ракета ухватил товарища буквально за шкирку, и завел за ближайший угол.
‒ Срань господня! Предупреждаю первый и последний раз! Не дай бог, что случится с Соней! Я тебе голову сверну. Ты понял меня?
‒ Что тебе до этой девчонки?
‒ То же, мерзость, что и до того барыги. Не дай тебе Боже! ТЫ ПОНЯЛ??!! ‒ обозленно грозил другу Витя.
‒ Пусти меня! Понял!
Обиженный взгляд Саши, Виктор узреть не успел. Он набрал ходу на пути к остановке, и через секунду скрылся за углом. Саша остался снова один.
«Мудак! Знал бы ты цену, за которую жертву несем! Сам бы захотел испытать».
Саша старался отыскать девушку. Но на рынке, на выходе из него и по уличке от рынка, девушки уже и след простыл.
«Бляха! Вдруг она знает, что я слежу, и увидела меня рядом с Ракетой? И поэтому так шустро сбежала? Бля, снова упустил!»
Соня убежала домой выпить хоть какую-то пилюлю. Ей вновь стало ужасно дурно. Мысли запутались в Гордиев узел. По вискам забил огромный молот. Девушку стали снова преследовать видения.
Часть XVIII.
Стены сужались. Ноги несли на кровать. Такой усталости и слабости Соня не чувствовала уже давно. Как с похмелья, закрыв глаза, закружилась голова. Будто на время, потеряв сознание, София вырубилась. Дома убрано так и не было, кушать было нечего. Лишь продукты, которые девушка скупила на рынке. Постоянные припадки не позволяли исполнять по достоинству роль хозяйки в доме.
Первое время сон был абсолютно бессознательным. Как под наркозом, Соня уснула очень крепко. Очнулась девушка, спустя несколько часов, от ощущения необъяснимой глубины. Её будто сковало со всех сторон черной, жидкой массой. Эта смесь давила на неё, будто ночное небо без звезд падает тебе на голову. София почувствовала себя тонущей.
«Одна из нас! Одна из нас!», ‒ неоднократно повторялось в голове. Соня приложила подушку к ушам, и громко закричала. Так продолжаться дальше не могло.
В течение последующих нескольких дней Соня почти не подымалась с постели. Редко выходила перекусить, по нужде или покурить. В основном, её время занимали бесполезные вглядывания в натяжной потолок в спальне Кирилла. Жизнь начала терять всякий смысл.
«Гребанная башка! Ничего не позволяет делать! Ни кушать приготовить, ни убраться нормально в квартире не даст. Как под сильным наркотиком, только кайфа от этого состояния я не получаю».
Порой, такое состояние приводило Соню в ярость. Она бросалась посудой, материлась во весь голос. Правда, легче от этого ей не становилось. Все хуже и хуже. Кира уже пытался уговорить снова поехать к специалисту.
