— да чего рассказывать? Восстанавливаемся после войны, всю зиму из зала запах лекарств выветривал которые твои дружки, криворукие лекари тут наразливали, когда тут госпиталь для всякого сброда был организован, а сейчас первое лето после войны, торгаши все улицы заполонили, после голода и холода люди изголодались по нормальной жизни, здания восстанавливаются, стены замазываются, местный комендант, чтоб он сдох, указ издал, монумент павшим защитникам крепости возвести, вот буду я мимо этого монумента ходить, и сына своего мертвого вспоминать, а за ним и мужа Беллы, все умерли, пусть эти идиоты хоть десять монументов строят, все равно все подохнем.
— я тебе сочувствую.
— бабе своей посочувствуй, от нее несёт за километр.
Нирия никак не отреагировала на очередную колкость.
— да ладно тебе, ты же все равно ничего не чувствуешь.
— я этот запах глазами вижу.
Сверху спустилась женщина.
— ванная готова, я вас провожу.
Нирия как раз закончила завтрак, она встала из-за стола и, даже не посмотрев в сторону трактирщика, двинулась за Беллой.
— какая же невоспитанная у тебя обезьяна Максвелл, вижу убогие только с убогими и сходятся.
Арт всем своим видом показал, что смеётся от души. Максвелл ответил с сарказмом.
— ха-ха, вообще-то мы с ней не вместе, а ты извращенец, у нас с ней общее дело и ничего лишнего, так где ты говоришь можно продать краденное?
***
На втором этаже находился длинный коридор с комнатами по обеим сторонам.
— сейчас у нас совсем нет постояльцев, в городе есть гостиницы и попризентабельнее, да и крыша там цела, но лично мне нравится, когда в трактире мало людей, меньше криков и постоянного галдежа, и муж у меня тоже такой был.
Нирия шла рядом и молчала, она была одновременно зла на того старика и благодарна за то, что не стал ждать и сразу велел приготовить все что нужно. Вот они вошли в ванную комнату, посередине стояла бадья, полностью заполненная водой.
— тебе нужна помощь?
— нет.
— хорошо, скоро я принесу ещё воды, можешь не экономить.
Когда Белла почти вышла Нирия обернулась к ней.
— спасибо.
Та поклонилась и вышла. Некоторое время Нирия колебалась, но все же решилась. С холодной голой земли карцера, а после мокрого пола корабля, было очень приятно согреть мерзлые кости, она лежала в большой бадье, полной горячей воды, жутко захотелось спать. Тут дверь внезапно отворилась. Нирия вскочила схватила первое что попало под руку, это оказалась низенькая табуретка, как она могла быть такой беспечной и не проверить дверь? Белла вошла в комнату с двумя полными ведрами, критично осмотрела девушку и закрыла за собой дверь.
— можешь не ломать нам мебель? Сейчас ее нигде не достать, хоть самим колоти.
Нирия вернула табуретку на место.
— что тебе нужно?
— как это что? Ты себя видела вообще? Да на тебе ни одного чистого местечка не найти, я буду тебя оттирать, боги какая же ты худая.
— уж спасибо, но я сама справлюсь.
— и даже с волосами?
— буду их обрезать.
— и тогда станешь ещё больше похожа на мужика
— оскорблять других на ровном месте у вас семейное?
— ага, вот только дедушка после войны, другой войны, он еще молодым тогда был, иначе не разговаривает.
— я заметила.
Нирия медлила, она не хотела, чтобы кто-то ей сейчас докучал, но с волосами действительно были проблемы.
— ладно, помогай.
— вот и отлично, твои друзья сели за карты, так что времени у нас много.
***
Тем временем старый шулер обыгрывал своих постояльцев.
— да ты обманщик! Не могло у тебя оказаться этой шестерки, ну не могло, она уже в колоду ушла два хода назад! Арт, найди-ка в колоде эту карту.
Артемий принялся яростно пролистывать сброс.
— дурья твоя башка, вот шестерка на столе лежит, в колоде ее нет потому что она на столе, ты хоть иногда свои мозги целебные включай.
Тем временем Арт пролистал всю колоду. Искомой карты там, разумеется, не оказалось.
— что, не нашел? То-то, сопляки вы ещё в карты со мной рубиться, я выиграл.
И Джек выложил перед Максвеллом победную комбинацию.
— тройная оплата за проживание соплежуи.
— да подавись.
И он швырнул старику девять серебряных монет.
— за сутки.
Старик сгреб монеты и положил их в потайной карман.
— ну что, ещё партейку, пока у вас ещё штаны на месте?
— ну нет уж, хватит с нас.
В это время сверху послышались шаги, в нижний зал спустились женщины. Сначала Белла, а за ней Нирия, в крестьянском платье, ее волосы больше не походили на бесформенный ком грязи и были заплетены в пучок сзади. Джек не удержался от колкости.
— теперь ты чуть меньше похожа на обезьяну, поздравляю с новым уровнем развития.
Нирия ответила ему.
— ты тоже недалеко от них ушел.
Максвелл улыбнулся.
— да не слушай его, я так понимаю, ты впервые примерила платье, как ощущения?
За нее ответила Белла.
— в этом тряпье невозможно сражаться, и выглядит некрасиво, и зачем наши женщины носят эти тряпки?
Нирия зыркнула на Беллу, та ей с улыбкой подмигнула и скрылась на кухне. Максвелл поднялся из-за стола. На нем уже не было его темного дорожного балахона, на этот раз он был в обычной одежде простолюдина.
— нашим женщинам нравятся платья, а ещё они хотят, чтобы на них обращали внимание.
