– Франсуа? Зачем ты пришёл, mon amie? Ты же знаешь, что он не любит чёрных кошек! Нам лучше уйти. – Тон Лафита немного смягчился, но в глазах по-прежнему пылала ярость.
– Франсуа. Иди ко мне. Ну же. – Голос пирата был почти спокойным, но посуровел, словно тот не мог поверить, что кот бросает ему вызов.
Джейсон и Ханна не теряли времени даром.
– Хочешь помочь этим глупым детишкам? – Пират укоризненно покачал головой. – Что ж, тебе виднее, Франсуа.
Мерцающие тёмные глаза Оникса внезапно расширились, шерсть на загривке встала дыбом. Хвост распушился, словно у чёрного енота, и он издал самое настоящее низкое утробное рычание.
В этот момент лопата Джейсона звякнула, словно металл ударился о дерево.
– Алекс… Мы что-то нашли!
– Смотри! – воскликнула Ханна, дрожа от волнения. Краем глаза я увидел, как она обводит лопаткой край чего-то прямоугольного, похожего на крышку деревянного ящика.
Продолжая держать палку направленной на Лафита, я присел рядом с друзьями на корточки, свободной рукой помогая расширять края ямы. В ней, облепленный тонким слоем земли, лежал деревянный сундук.
– Это сундук с сокровищами! – радостно завопил Джейсон.
– Не может быть! – Глаза Ханны, увеличенные линзами её очков, казались больше, чем у совы.
– Давайте вытащим его, – предложил я, счищая землю, налипшую на крышку.
– Нет! – Лафит метнулся к нам.
Я быстро распрямился, уткнув палку для эскрима ему прямо в грудь. Мне очень не хотелось причинять ему боль. Но если бы встал выбор: причинить боль ему или защитить себя и моих друзей, я бы выбрал нас, даже не раздумывая.
– Может, лучше откроем его прямо тут? – Джейсон просунул конец лопаты в прогнившую щель под крышкой.
– Стой! – Пират попытался обогнуть меня, чтобы схватить Джейсона, но не успел. Джейсон надавил на черенок, как на рычаг. Крышка хлопнула, как трухлявая пробка от бутылки эля, и сундук издал пыльный вздох.
Всё погрузилось в тишину. Лафит, кот, я, Ханна и Джейсон – мы как заворожённые уставились внутрь сундука.
Я словно попал в фильм о пиратах. Сундук был до краёв заполнен серебряными слитками, золотыми монетами и сверкающими драгоценностями. В нём были аметисты, изумруды, сапфиры, рубины и бриллианты. Денег хватило бы, чтобы оплатить все папины счета до конца его жизни, да что там – до конца моей жизни. От невероятности происходящего у меня перехватило дыхание. Мы нашли клад. Ханна, Джейсон и я. Настоящий пиратский клад!
Глаза Лафита расширились непомерно, но не от благоговения перед драгоценностями и золотом. В них застыл ужас. Он отшатнулся от сокровищ. От меня, от Джейсона, от Ханны, от Оникса.
– Я должен уйти! Вы освободили его! – Голос пирата пропитался страхом, полупрозрачная фигура дрожала.
Из разверстой пасти сундука послышалось тихое шипение, словно нечто дремлющее сотни лет глубоко дышало после сна. Лафит растворился в воздухе, и уже через мгновение я увидел в глазах Оникса отражение огромной туманно-серой фигуры. Я обернулся как раз вовремя, чтобы успеть выставить перед собой палку для эскрима и сдержать светящийся фантом, протягивающий к нам руки. Я узнал его, это он разгромил бар в начале ночи.
– Ложись! – Я оттолкнул Джейсона от призрака. Друг повалился на землю, но цепочка его Назара зацепилась за мои пальцы и порвалась. Амулет взвился в воздух, пролетел через всю землянку блестящей голубой дугой, ударился о кирпичную стену и упал в грязь.
Ханна прижалась к Джейсону, прикрывая голову руками.
Шипение постепенно нарастало. Становилось громче и громче, превращаясь в завывания ветра. На нас словно бы обрушился морской шторм. Съёжившись на земле в позе эмбриона, Джейсон закрыл уши руками.
– Останови это, Лекс! Останови!
Но я ничего не мог сделать. Шум усиливался, терзая барабанные перепонки, заполняя голову, выжимая из неё все мысли. Мои колени подогнулись, и я рухнул на землю, закрыв уши руками. Палка для эскрима упала рядом, совершенно бесполезная.
Злой дух протянул костлявые, похожие на когти руки к моей шее и сдавил её. Я поперхнулся, когда его ледяные пальцы пережали трахею, мешая сделать вдох. Может, в моей крови и было железо, но этот дух либо его не чувствовал, либо ему было всё равно.
– Хваааааатиииит! – кричала Ханна, еле пробиваясь сквозь чудовищный вой ветра.
Её голос вернул меня с края тьмы. Тут мои друзья. Я должен им помочь. Если не дотянусь до палки для эскрима, дух задушит меня насмерть. Неимоверным усилием я отнял одну руку от уха. Невозможный гул иглами пронзил барабанную перепонку, и я почувствовал, как по щеке потекла тёплая струйка.
Не обращая внимания на боль, я схватил своё оружие и вонзил его в клубящуюся серую массу. Как только железо коснулось призрака, землянку сотряс чудовищный вопль, более грозный и жуткий, чем рёв Лафита. И всё стихло.
