— Опять вы со своим бандитизмом, — я устало покачал головой, закрывая папку. — Ваше сиятельство, нам не нужен напуганный хирург. Нам нужен мотивированный хирург. Хирург, который захочет сделать эту операцию лучше, чем любую другую в своей жизни, чтобы доказать что-то всему миру и, в первую очередь, самому себе. А для этого требуется более тонкий подход.
— Хорошо, — граф откинулся на подушки, впервые полностью доверяя мне не только своё тело, но и свою стратегию. — Действуйте.
Вернувшись в ординаторскую, я набрал номер частной клиники, где Абросимов, судя по документам, успешно оперировал вот уже несколько десятков лет. После десяти минут ожидания под звуки усыпляющей классической музыки трубку взяла секретарша.
— Профессор Абросимов предельно занят, — отчеканил металлический, безразличный голос заученную фразу. — Запись на консультацию только через полгода.
— Я понимаю, — ответил я максимально вежливо. — Я не по поводу консультации. Мне нужна одна минута его личного времени. У меня есть информация, которая касается его напрямую. Чрезвычайно важная и строго конфиденциальная.
Я сделал паузу, давая ей возможность осознать вес сказанного.
— Назовите вашу фамилию и организацию, — тон секретарши не изменился, но сам вопрос уже был маленькой победой. Она колебалась.
— Доктор Пирогов. Клиника «Белый Покров». Передайте профессору, что речь идёт о деле Анастасии Селиверстовой.
На том конце провода повисла долгая, звенящая тишина. Я слышал только её дыхание.
— Профессор не принимает, — наконец сказала она, но в её голосе уже не было металлической уверенности. — Оставьте свой номер. Если появится возможность, с вами свяжутся.
И повесила трубку.
Бесполезно. Она ничего ему не скажет.
Система, которую он выстроил вокруг себя, работала безупречно. Я набрал его личный номер, указанный в досье. Длинные, безнадёжные гудки. Логично — он скорее всего в операционной.
Что ж. Если гора не идёт к Магомету, значит, Магомет сам наденет белый халат и пойдёт к этой чёртовой горе.
Ждать вечера? Это не наш метод.
Он закончит оперировать и уедет. Или его увезут. Такие люди не ходят по улицам без охраны. Мой единственный шанс застать его — это прорваться в его святая святых. В его клинику. Прямо сейчас.
Частная клиника «Асклепий» встретила меня агрессивной, кричащей роскошью. Мраморные полы были отполированы до зеркального блеска, с потолка свисали хрустальные люстры размером с небольшое дерево, а на стенах в тяжёлых золочёных рамах висели безвкусные, но очевидно дорогие картины.
В воздухе пахло не лекарствами, а деньгами и антисептиком. Это была не больница, а пятизвёздочный отель для больных тел.
— К профессору Абросимову, — сказал я девушке на ресепшене, которая выглядела как модель с обложки модного журнала.
— У вас назначено? — она окинула меня быстрым, сканирующим взглядом, оценивая стоимость моего костюма, пальто и ботинок.
— Нет, но у меня экстренный случай…
— Тогда никак, — отрезала она, и её милая улыбка не изменилась ни на йоту. — Профессор не принимает без предварительной записи. Вы можете оставить заявку, и наш менеджер свяжется с вами в течение полугода.
Она была жрицей расписания, цербером у врат Олимпа. И её вердикт был окончательным. Я отошёл в сторону, делая вид, что изучаю очередное живописное убожество на стене.
— Нюхль. План Б. Фаза первая: рекогносцировка. Найти цель. Профессор Абросимов. Без шума, — мысленно приказал я.
Костяная ящерица, невидимая на моём плече, радостно цокнула и тут же растворилась в тенях под мраморным полом.
Я ждал. Прошла минута. Вторая. И тут из коридора справа донёсся оглушительный грохот упавшей металлической каталки и пронзительный женский визг.
— Мышь! Там гигантская мышь! — молоденькая медсестра выбежала из процедурной, её лицо было белым от ужаса.
Поднялась суета. Охранники, медсёстры, даже пара пациентов в дорогих халатах с любопытством выглянули из своих палат.
— Я сказал — без шума! — мысленно прорычал я.
Нюхль высунулся с потолка лифта и, материализовавшись, показал мне язык. Этот маленький монстр определённо научился сарказму у Костомара.
Он не просто выполнил приказ, он устроил представление. Но цели своей он достиг.
Через пять минут, когда паника улеглась, в моей голове сформировалась чёткая ментальная картина: второй этаж, дальний конец коридора, операционный блок, операционная номер три.
— Нюхль. Фаза вторая: выманить цель. Система вентиляции в операционном блоке. Небольшой, обратимый сбой. Что-то, что потребует личного внимания главного хирурга, но не навредит пациенту.
Я занял позицию у лестницы, ведущей со второго этажа. Через десять минут наверху послышались встревоженные голоса, и по лестнице начал спускаться высокий седовласый мужчина в синем хирургическом костюме.
Высокий, с осанкой полководца и холодными, серыми глазами человека, который видел смерть сотни раз и не был ею впечатлён. Аура абсолютной, непререкаемой власти. Это была моя цель.
Абросимов.
Я шагнул ему наперерез.
— Профессор Абросимов? Мне нужно с вами поговорить. Это займёт не больше пяти минут.
