— Три! — что это такое я не знал, но видел вожделение толстяка.
А Кайел согласно кивнул.
— Один и плетение-ключ к нему, — отрезал Тукве. — И так жирновато будет.
На том и договорились, а вскоре, передав мне ветхий пергамент, скрученный трубочкой, демон отбыл восвояси. А большой костер сразу затух, лишившись магической подпитки.
— Хорошая цена, — сообщил мне потом Кайел, убирая свиток в небольшой кожаный тубус. Так можно получить редкие знания, если повезет.
— А что это вообще такое? — поинтересовался я.
— Ты отдал лунный камень не зная, за что именно? — поразился мой приятель.
— Типа того.
— Ну ты молодец, брат-демон, — рассмеялся он. — Кстати, где Кость жада-ам?
— Осталась на поле боя, — сокрушенно вздохнул я, только сейчас вспомнив про артефакт. Совсем вылетело из головы.
— Почему-то я так и думал, что это случится, — сокрушенно вздохнул Кайел.
— Места там глухие, может и вернем себе вещицу. Как-нибудь потом.
— Ага, если ягги ее не приметили.
Чужая боль докатилась до меня совсем слабым отзвуком, заставив насторожиться. Необычное, новое ощущение. Как знание о страдании близкого существа где-то рядом. Неподалеку другой Хазгу или, скорее тот, в ком течет немного древней крови моего рода, вот что это такое!
Потянувшись туда, к нему, я обнаружил, что могу прикоснуться, привлекая внимание. Но не стал этого делать. Если это тот мальчишка, которого пытают, используя как указатель на цель, то лучше бы ему обо мне пока не знать. Мы настигнем их очень скоро, и вот тогда его мучения прекратятся!
Сейчас мы уже шли по Проклятому лесу.
Вообще, это название мне очень не нравилось — так именовали эти места враги рода Хазгу. Имперцы и приспешники Чим.
Родные места — вот, что казалось мне. Как будто я все больше приближаюсь к дому. И здесь, казалось бы, уже можно было двигаться гораздо быстрее, но нет. Оказалось, что шади с трудом ориентируются в лесу.
Ко второй половине дня добрались до поляны с расколотой плитой. Той самой из видения. Нашли оставленный егерями лагерь и следы их ритуалов, оказавшихся гораздо более обширным, чем я думал раньше.
Что это за люди, с такими навыками и волей, способные явиться сюда, чтобы стереть саму память о роде Хазгу? Почему именно сейчас, когда мы так близко к цели? Даэрлы знают или почуяли что-то?
Рассматривая деревья, помеченные незнакомыми рунами, я ощущал чужую силу и магические связи, вызывающие у меня внутреннюю неприязнь.
— Магия Даэрлов, — подтвердил мои подозрения Кайел. — Один из этих егерей родич Императора, совершенно точно!
— Как это может быть? — поразился я, представив, что брат Императора рыскает тут неподалеку.
— Очень дальний. Седьмая вода на киселе, — рассмеялся он. — Не близкий, конечно.
До скалы в предгорьях, куда мы все это время шли, оставалось не более дня пути. Варх во мне рвался на свободу, чуя свою стихию, так что я едва сдерживался, чтобы не поторапливать обоих шади, Кайела и Юма.
Боль дальнего родича накатывала время от времени, подливая масла в огонь злобы и ярости, разгорающийся все сильнее. Наконец, когда сдерживаться дальше было нельзя, я решился.
— Слишком медленно, опоздаем!
Наскоро объяснив, куда им двигаться, я бросил вещи, обернулся вархом и помчался вперед. Звериная суть ликовала, а разум застилала жажда мести и боевая ярость. Они ответят, они умрут! Идет расплата, приближается! Трепещите!
Мчался, что было сил. Несколько раз я прямо на ходу хватал лань и зайцев, мгновенно пожирая, жадно вгрызаясь в сырое горячее мясо.
Скоро, уже совсем рядом!
Близкая цель гнала меня вперед, наполняя азартом погони и жаждой схватки. Я представлял, как ворвусь в их лагерь, круша все на своем пути, разрывая слабые человеческие тела. Звериная суть варха все больше брала верх над голосом разума.
— Дэнг…, — пропела невидимая струна и я провалился сквозь какой-то магический барьер.
Потеряв осторожность, я мчался уже только на запах людей, и влетел в ловушку. Пространство как клейкое плетение свернулось вокруг меня, почти обездвижив. Варх кубарем покатился по земле, превращаясь обратно в человека.
Но даже так я не мог избавиться от чужого плетения. Оно въедалось все глубже, проникая под защиту и цепляясь сотнями маленьких магических крючочков. Каждый из которых надо было удалять, концентрируясь на нем.
Негромкий свист раздался неподалеку.
Завалившись за кочку, я лихорадочно скидывал с себя магическую сеть, проклиная свою медлительность и неосторожность. Казалось, что я двигаюсь как сонная муха, хоть и спешил изо всех сил.
Егеря рядом. Они меня еще не видят, но я их уже чувствую. Сорок, может пятьдесят метров. Еще десяток крючков!
Чужое плетение мелькнуло сверху и лопнуло, рассыпавшись на мелкую пыль. И некоторые пылинки успели меня коснуться. Плохо.
Один идет ко мне, второй страхует. Двадцать метров.
