Новую атаку древесного голема я встретил уже на опыте, и не дал по себя попасть. Поднырнув под первую атаку, я врубил меч чуть нижних ног и сразу же закинул в дыру семя молний, предварительно активировав. Надо же когда-то испробовать!
Засмотрелся, надеясь увидеть что-то необычное, и тут же получил от голема-недоросля. Тот врезался мне в бедро, и сшиб на землю, в клочки разнеся часть моей магической брони. Не успев удивиться силе удара, я едва смог откатиться вбок, избегая прыгнувшей туши. Но все равно пребольно получил в плечо, едва не выронив меч. Пасть твари раззявилась совсем рядом, и дохнуло древесной гнилью. Я только и успел, что вбить рукоять меча ей в глотку и дернуть вверх.
Голем замотал башкой, а я, что было силы, воткнув кулак огня куда-то в грудину. Та с глухим треском поддалась, и моя рука глубоко ушла в тело монстра. Голем замер на секунду, а я оттолкнул его ногой, сбивая с ног, и добавил клинком, стараясь попасть по морде или по шее. Угодил криво, но обрубил передние лапы: две, три, хрен поймешь. И он повалился вперед, прямо под мой следующий удар, разметавший его на дровишки.
Остался тот, самый первый голем, но, поискав его глазами, я понял, что он уже не боец. Завалившись на бок, древесник догорал, но при этом еще умудрялся вяло шевелиться. Куда уж ему теперь воевать.
Не став добивать, я снова рванул по следу и вскоре нагнал двоих оборванцев, пошатываясь, уходящих от меня прочь. Торжествующий крик-вой вырвался из моего рта, заставив беглецов резко обернуться.
Елки-палки, это ж бабы!
Нечесаные лохмы, худые злобные рожи. Завидев меня остановились, развернулись и взялись за руки. У обеих активизировались потоки из Кантра… А нет, только один поток, но разделенный на двоих. Разве так может быть? Ладно, сейчас не важно.
А потом обе они стали трансформироваться — руки ноги удлинились, грудная клетка пошла вширь, а голова, наоборот, стала сужаться, превращаясь в клиновидную, почти птичью, бошку.
Дожидаться конца шоу я не стал, а ударил мадьей издалека и рванул вперед. Левую тетку опрокинуло на спину, но она тут же вскочила и на четвереньках метнулась ко мне, издавая хриплый клекот. Вторая замахала лапами, как будто решила, что она мельница, и в мою стороны понеслись одна за одной мелкие черные птицы. Размером с ворон, но остроклювые, хищные и несравненно более стремительные.
Я поставил было на их пути преграду из мадьи, но всего трое разбились об нее, сразу разрушив мою магию. Пришлось вертеться, отбиваясь от юрких пернатых. Двоих разрубил на куски, но другие ударили в голову, грудь, плечо и разлетелись грязными брызгами. Мои щиты почти обнулились, а тут еще налетела первая оборотница, целя куда-то в живот. От тяжелого удара меня отшвырнуло назад, но я успел приложить тварь по уху, усилив атаку магией. И сейчас она с рычанием трясла головой, выискивая меня взглядом.
А я уже взлетел вверх, в красивом прыжке взмыв над землей…
И рухнул вниз, нанося мощный рубящий удар прямо вдоль костлявого хребта оборотницы. Клинок рассек тело почти напополам, мгновенно убив тварюгу. Будь я в компьютерной игре, это был бы шикарный крит.
Горестно взвыла вторая нелюдь, а ее птицы снова атаковали меня, в этот раз серьезно изранив. Мадьи на щиты уже не хватало, но и моя противница почти обессилила. Я это видел по слабым движениям рук, которыми она шевелила уже с трудом.
Подхватив с земли увесистое полено, я метнул его в оборотницу и следом прыгнул сам. Деревяшка на мгновение отвлекла вражину, заставив отшатнуться, а уйти от моего удара она уже не успела. Зеленоватое лезвие моего меча удлинилось и отсекло ей верхнюю половину клиновидного черепа, в конец обезобразив и без того стремный образ.
Оборотница тихо упала сначала на колени, а потом назад, на спину, начав превращаться снова в уродливую грязную бабу со злобной ро… а, нет, половины рожи как не было, но все остальное верно.
Джарх! Наконец-то… Но памятуя об опасности видоизменения человеческого тела, я обернулся в варха и только тогда сущность этой твари стала моей. Если вообще корректно так говорить про полученные ошметки воспоминаний и разрозненные части каких-то неизвестных плетений, проявившихся в моей памяти.
Тяжело дыша и едва не подвывая от голода, я сдержал порыв варха наброситься на мертвые тела и вернул себе человеческий облик. Но напоследок набил-таки пасть горьким мхом. И это оказалось так отвратительно, что чуть приглушило желание сожрать что угодно.
Надо срочно что-то поесть… Взглянув на свои руки, я не узнал их — кожа да кости. Проклятье!
На глаза попалась оброненная торба, и я разорвал ее пополам в поисках еды. Кусок черствого хлеба, дурно пахнущее мяса, несколько картофелин и других незнакомых овощей… Сгодится все, кроме мяса. Кажется, я догадываюсь, чье оно.
