ОДНОТОМНИКТёмный мастер лишился священного имени и потратил две сотни лет на то, чтобы усовершенствовать свою магию. И вот его труды идут прахом, когда вся накопленная им энергия вдруг оказывается в руках совсем ещё юного писаря, далёкого от ремесла заклинателей. Так он ещё и не спешит её возвращать.Теперь они, вместе с демоном-обезьяной, вынуждены расследовать мистические дела, чтобы добиться своих целей: вернуть ци и спасти любимую. Но что, если каждому из них судьбой уготована ловушка?☯︎ юмор☯︎ интересный мир, реальная магия и мистика☯︎ красавчики*Броманс – обозначает по-братски крепкую дружбу между мужчинами, когда один за другого не раздумывая, может отдать жизнь.🔥 Роман-победитель конкурса "Азиатская симфония" в номинации "Сянься" от Литнет.Оригинальная рукопись. Книга на редактуре.
1370 год. Второй год правления очередной династии, на сей раз, именуемой Мин. Совсем недавно самопровозглашённый император был пастухом, раздавшим крестьянским детям, таким же как он сам, мясо убитого им быка; потом собирающим милостыню монахом, а ныне Чжу Юань-чжан[И1] , проявивший себя перед Го Цзы-сином во время восстания Красных повязок, восседает на самом высоком месте, ест из дорогой посуды редкие яства и ведёт довольно занятные беседы с конфуцианскими учёными.
Пятнадцатый день нового года и малого периода наступившей весны. В городах и деревнях готовят представления и традиционные угощения к празднованию Юансяоцзе – дня, когда по всей Поднебесной загораются и взлетают в ночное небо сотни тысяч бумажных фонарей.
И хоть сама столица гремела, здесь, на отдалении от Интяня[И2] , нависла гнетущая тишина.
Бамбук поднимался в туманную ввысь. И сколько не стремись его преодолеть, тебе это не удастся. Когда бы ещё природа позволила подобное, если бы только не вмешалась магия?!
Отталкиваясь от одного, второго, обламывал жёсткие стебли бамбука мужчина, облаченный в черные одежды стражи.
За ним, настигая, следовал ещё один – ученик великого бессмертного наставника, изгоняющего демонов.
— Почти догнал! — подначивал первый. — Забудь о грубой силе, срезай углы!
Тот же, что следовал, молчал. Удивительно, как он вообще мог что-либо видеть, ведь на его глазах была повязана плотная ткань.
— Плетёшься так, будто вовсе меня убивать не собирался! — первый продолжал бежать по стеблям бамбука, и казалось, со временем сил у него только прибавлялось, поскольку он даже не сбил дыхание.
Второй же начал отставать, хотя по-прежнему отказывался сдаваться.
Увидев это, первый спрыгнул на землю, дожидаясь своего преследователя:
— Нет, брат Ма, всё же годы тебе не к лицу. За два столетия ты порядком постарел.
Однако, вопреки сказанному, этот самый Ма выглядел вполне молодо, казалось, что ему не более тридцати пяти, да и первому навряд ли можно было бы дать больше. Скорее, из-за утончённых красивых черт и горящих азартом глаз, и того меньше. Оба были хорошо сложены, и довольно привлекательны на вид. Но что же скрывала повязка?
С тяжестью приземлившись, брат Ма обнажил меч и продемонстрировал приготовленный для демона талисман, выведенный на жёлтой бумаге священной кровью бессмертного.
— Тебе это не поможет. — помахал рукой первый. — Учились вместе, но умным, кажется, в итоге стал только я. — он усмехнулся, но тут же был вынужден уклониться от полетевшего в его сторону заклинания, что, к слову, сделал с завидной ловкостью и грацией.
Талисман застрял, зацепившись за кору дерева.
— Братец Ма, братец Ма… — с некоторой долей разочарования отозвался демон. — Может, тебе следовало бы снять повязку? Глядишь, прицелился бы лучше.
В ответ, решив показать скрываемое и пресечь дальнейшие насмешки, всё так же соблюдая молчание, Ма развязал узел, продемонстрировав раны ослеплённых глаз.
— Сущий ужас! — вырвалось у демона. — Сопереживаю твоей утрате. Но, клянусь, я к этому не причастен.
— Я сам ослепил себя. — с гневом ответил охотник.
— Да ты совсем стал болен головой. — скривил гримасу, будто от боли, демон.
— За благами этого мира не увидеть его истины. Потому, я ослепил себя, дабы мнимая красота мне более не мешала. Так я прозрел.
— И что, — демон очертил в воздухе круг, указывая на лицо охотника: — Тебе это помогает? — он засмеялся: — Если бы не долгая наша дружба, мой дорогой брат, сейчас ты уже испытывал бы горечь позора. — и цыкнул: — Прикройся уже, нечего хороших людей пугать.
И, когда Ма вновь скрыл за повязкой раны, демон добавил:
— Знаешь, пойду я. От безумцев надо держаться подальше. Удачи тебе, надеюсь, никогда больше не свидимся.
Но стоило ему только повернуться, как перед собой он снова встретил Ма, от которого тут же отпрянул, избежав размашистого удара мечом:
— Так ты меня обманул?! — наигранно возмутился демон. И, отлетев, сложил пальцы вместе, создавая огромную энергетическую волну, отбросившую противника на приличное расстояние.
— Падший. — прохрипел брат Ма.
— Имей уважение. — впервые за схватку выражение лица демона стало серьёзным. Даже величественным. — Я такой же мастер. Впрочем, оказавшийся куда талантливее и мудрее тебя.
— Ты должен был стать защитником Поднебесной. Но, поправ всеми клятвами, сам превратился в демона!
— Снова лжёшь. — возразил бывший соученик. — Хоть я уже не человек, но далеко и не демон. Как и ты, я стремлюсь к развитию и долголетию, а временами и помощи людям. Так какая разница в том, чтобы прибегнуть ко всем имеющимся в природе способам?
— Ты подчинился тёмной ци!
— Неверно. Я подчин
