Но несколько мгновений спустя торжествующее выражение исчезло с лица Маркуса, а после и вовсе сменилось гримасой боли и ужаса. Свет из глубины сферы стал еще ярче, а старик, не выпуская ее из рук, рухнул на колени, закричав от боли. Тревожный гул пронесся по залу, все присутствующие засуетились, не понимая, что происходит и что им делать. Даже Грегор, самый верный из последователей Маркуса, не попытался помочь своему господину, предпочтя отойти подальше. Старик же рухнул на пол и забился в конвульсиях, а его и без того дряхлое тело принялось иссыхать на глазах, словно из него в прямом смысле вытягивали все соки. При этом руки его продолжали крепко сжимать сферу, как будто он просто не способен был ее выпустить. Глаза закатились назад и стали выплывать из глазниц, нос всосался сам в себя и оставил только дырку в черепе с слоем свернувшейся кожи. Зубы повыпадали вместе с кровоточившими кусками десен, где кровь мгновенно свернулась и на пол упали мешочки из чёрной плоти.
Через несколько секунд все было кончено, и только когда окончательно иссохшее тело Маркуса испустило последний вздох, сфера выкатилась из его рук и с тихим стуком остановилась на каменном полу, встретив алтарь на своем пути.
Все это время с каждой секундой теряющая силы Эварнель с ужасом наблюдала за происходящим в зале, не обращая никакого внимания на битву за ее спиной. Эрен же полностью сосредоточился на Хенрике, без остановки обрушивая на предателя шквал ударов и тесня того к стене с каждым шагом. К удивлению дроу кузнец оказался не таким уж плохим бойцом, и стойко отражал один удар за другим, хотя мало кто мог бы столько продержаться под такой яростной и продолжительной атакой. Уже оказавшись почти припертым к стене, мужчина пошел на рискованный шаг и, отразив очередной удар, совершил выпад кинжалом на уровне головы противника.
И это сработало.
Эрен был вынужден уклониться, тем самым позволив Хенрику выскользнуть из его тисков. В следующее же мгновение предатель уже стоял за спиной эльфа, высоко занеся меч над головой для смертельного удара. Но изогнутый клинок глубоко вонзился в его живот прежде, чем Эрен вновь оказался с ним лицом к лицу. Пораженный вслепую Хенрик выронил меч из рук, а в следующее мгновение дроу резко развернулся, широким ударом разрубил туловище кузнеца по диагонали.
Прежде, чем верхняя половина тела Хенрика успела рухнуть на пол, Эрен отбросил клинки прочь и кинулся к Эварнель, плащ на спине которой продолжал стремительно пропитываться кровью. Кинжал Хенрика угодил прямо под правую лопатку девушки, войдя ровно между пластин ее изящного эльфийского доспеха. Вынудив ее выпустить из рук прутья решетки, дроу усадил ее к себе на колени и дрожащими руками принялся рыться в ее сумке в поисках нужного зелья. Времени было мало, жизнь покидала эльфийку на глазах.
— Эй, а ну не смей засыпать! — крикнул Эрен, глядя, как глаза девушки медленно начинают закрываться.
Наконец найдя нужный пузырек, он зубами вырвал из него пробку и быстро поднес к губам Эварнель, выливая содержимое ей в рот. Наверное свершено это было слишком быстро, потому как девушка тут же закашлялась и едва не подавилась зельем заживления ран. Но ее реакция говорила и о том, что сделал он это не слишком поздно. Прокашлявшись, Эварнель поморщилась от боли, внезапно пронзившей ее рану, которая тут же начала стремительно затягиваться под ее доспехами. Согнувшись, она схватилась за плечо, с трудом сдерживая стон боли. Но вскоре и это закончилось, и эльфийка наконец открыла глаза, взглянув в лицо державшего ее на руках парня.
— Эрен… — прошептала она со слезами на глазах. — Они… убили ее…
Прежде, чем дроу сообразил, что сказать в ответ, девушка кинулась к нему на шею и громко зарыдала. И он хотел обнять ее в ответ, хотел хоть как-то попытаться успокоить, но сейчас на это не было времени, и топот множества сапог за дверью стал этому очередным напоминанием.
Высвободившись из рук Эварнель, Эрен вскочил на ноги и кинулся к двери, возле которой у стены был оставлен тяжелый деревянный засов. И, едва дроу успел схватить его, дверь широко распахнулась, и в проеме появился первый пришедший по их душу громила. Но прежде, чем здоровяк успел сделать что-либо еще, он на собственной шкуре узнал, каким дверной засов может быть грозным оружием. Получив сильнейший апперкот, он тут же вылетел из проема обратно в коридор, прямо под ноги своих товарищей, перед которыми дверь тут же захлопнулась вновь.
Уронив засов на петли и перекрыв деревенским культистам путь, эльф поднял с пола свои изогнутые клинки и, вернув их на пояс, протянул эльфийке руку:
— Пойдем. Пора убираться отсюда.
Пока последователи мертвого неудачливого колдуна продолжали ломиться в запертую дверь, дроу с эльфийкой выскочили из комнаты через другой выход с противоположной ее стороны и побежали прочь по очередному узкому пыльному коридору.