Прочь от меня шел какой-то сгорбленный маленький старичок с непредсказуемыми странностями и причудами. Смахивающий на некое мифическое существо из сказок братьев Гримм. На гнома, нет, скорее, на таинственного тролля, живущего в пещере, заполненной драгоценными каменьями. Преобразователя судеб. Покорителя наивных душ. Интересно, почему именно меня он выделил из многообразия сущностей? И зачем ему такая я? Не ловушка ли это, на самом деле?
Завороженно взирала я на растворяющееся в экзотической ночи видение. Рядом недобро шумел океан.
Под утро мне приснилась белая лошадь. И Лиза верхом на ней. Сестра предложила мне покататься, и я, пружинисто подпрыгнув, опустилась позади неё на лошадиный круп. Мы поскакали вместе, радостно визжа, и неожиданно очутились на краю обрыва над морем. Лошадь вместе с нами, красиво и неспешно, как в замедленном кино, спланировала вниз, в ослепительную морскую синь. И поплыла почему-то против течения. Я испуганно прижалась к Лизе, но через мгновение меня оторвало от нее мощной волной и смыло в море. Соскользнув с лошади, я начала барахтаться, пытаясь докричаться до сестры, но Лиза не слышала меня. Она словно не заметила моего исчезновения!
Проснулась под впечатлением. Какой загадочный сон!
После завтрака мы с Грегори пошли на пляж. На берегу было безлюдно. Слегка штормило, океан казался неприветливым, хмурым. Завернувшись в пляжные полотенца, мы устроились в удобных шезлонгах.
– Моя мама могла вот так подолгу сидеть и смотреть в морскую даль, – сказал Грегори. – Я никогда не мог понять, что она там высматривает? О чем думает? Повзрослев, я и сам полюбил так же, как мама, просто глядеть на воду и размышлять о вечном. А о чем думаешь ты, дорогая?
Я не нашла ничего лучше, как пересказать ему содержание своего сна.
– Так-так, – произнес Грегори.
– Как-как? – поддразнила я.
– Разве ты не знаешь, что означает белая лошадь, увиденная во сне?
– У меня нет под рукой сонника, – съязвила я, – а ты конечно же и по сновидениям специалист?
– Да, я неплохо в этом разбираюсь, – безмятежно отвечает Грегори, не замечая моего ехидства, и незамедлительно разъясняет: – Скакать верхом на белой лошади – к скорому браку! Что и требовалось доказать. – И он торжествующе сжимает мой локоть.
– Да ты просто Нострадамус, – пожимаю плечами я. – Ну а в таком случае при чем тут Лиза? И что означает мое падение с лошади в море?
– Думаю, это означает: не стоит у сестренки потенциальных женихов отбивать, – куражится Грегори. – Ну, и кроме того, – он выразительно смотрит на меня и подмигивает заговорщицки: – Ты же всегда мечтала в пучину окунуться, не так ли?
Мне снова делается как-то не по себе. Зачем он раззадоривает меня? Исследует, тестирует, проверяет?
– Пойдем немного погреемся, а то ветрено тут. – Грегори поднимается, протягивая руку мне. И правда, на ветру совсем не жарко. Согреться было бы нелишним.
Горячая бурлящая ванна располагается прямо на территории, под пальмой. Несколько человек лениво томят в ней свои тела. Остальные просто отдыхают у бассейна.
Я с удовольствием отдаюсь расслабляющим пузырькам джакузи. Потом решаю поплавать в бассейне. После валяюсь в шезлонге. Снова плаваю, потом валяюсь. Попыталась почитать книжку – не вышло. Отчаянно мешали кружащие роем разнородные мысли.
Наступило время ланча. Тучи постепенно рассеялись. Стало жарко.
Грегори взял напрокат велосипеды, и мы два с половиной часа катались под палящим солнцем.
Моя кожа окрасилась в бордовый цвет и покрылась пузырьками. Грегори купил дорогущий крем от солнечных ожогов и всю меня им обмазал.
Ужинали в отеле, на вчерашней веранде.
Спала плохо, было душно, кожа словно горела. Меня пожалели и не прикасались ко мне до самого утра.
Грегори принес в постель тарелку свежих ягод и сфотографировал мою пунцовую физиономию с огромной, такого же цвета клубникой во рту.
Позавтракав, мы отправились на белоснежной яхте со всеми удобствами в небольшое путешествие по воде. Капитан показывает нам местную достопримечательность: особняк, который приобрел Хулио Эглесиас за несколько миллионов.
– Хотела бы иметь такой домик на берегу океана, Алечка? – спросил Грегори.
Я отрицательно замотала головой. Мне было жарко и хотелось одного – убежать подальше от солнца, скрыться в тишине и прохладе.
Ланчевали на берегу залива в симпатичной таверне. Греческий салат, рыба, грейпфрутовый сок. Аппетита не было. Разморило. Мы вернулись в отель, где я проспала до ужина.