Он был зол, чертовски зол, и Бэйтман его прекрасно понимала: не она была первая, не она последняя, кто считал его выбор на роль провалом среди всех провалов. Только вот ей одной среди всех анонимных интернет смельчаков дело грозило не просто увольнением, а и концом карьеры. Если бы Аффлек захотел, один его звонок в редакцию мог бы лишить ее должности, рекомендаций и надежды найти работу в Лос-Анджелесе.
– Ну что, я достаточно убедителен? – спросил мужчина. – Сойдет за парня, который наводит страх на преступный мир Готэма?
И Патриции пришлось согласиться, что он был до жути убедителен. Пока он не улыбнулся, девушка все еще отказывалась верить, что ее простили. Простили, но ничего не забыли. Как позже говорил Бен, он просто не мог напугать ее еще больше, боялся, что она грохнется в обморок прямо на месте, если он пообещает ей профессиональную расправу.
– Так когда тебя ждать на ужин?
Бэйтман опять вернулась в реальность, где шквал вспышек немного поутих, и заметила, что все это время они даже о чем-то болтали, и ей стоило нескольких драгоценных секунд времени переключиться из режима автопилота и включить мозги. Только она сообразила, что ужином ей тонко предлагают не отдых в море с русским балетом в духе Брюса Уэйна, а все те же злосчастные трусы, как откуда ни возьмись на нее налетела Уильямс с криками, которые не слышали разве что в Гондурасе.
– Ебаный пиздец, я только что налетела на Криса Мартина. Прикинь, Патти?! Криса мать его Мартина. Видела его клип с Бейонсе?! – кричала она, пока весь воздух из легких не вышел, а потом, опершись о подругу, начала судорожно хватать дышать.
Бен продолжал бесстыдно давить чертову бэт-ухмылку, а Патриция тем временем не знала, куда себя деть от этого позора: то ли соглашаться на ужин прямо сейчас и бежать, прячась за широкой спиной Аффлека, то ли просто продолжать краснеть и сливаться с эмблемой Супермена на заднем фоне.
– О, Бен, классный был фильм, – только заметив, что они не одни, Робби решила отвесить комплимент актеру. – Но бляха, Крис Мартин!
– Мы, наверное, пойдем, – Патти взяла подругу под руку, уводя подальше от пресс кита.
– До встречи на вечеринке, – посмеиваясь, ответил Бен. – И приятного просмотра.
Робин все не прекращала щебетать о Крисе Мартине и его британском акценте, и Патти оставалось только кивать и улыбаться, даже не пытаясь вникнуть в суть. Восторги по поводу вокалиста Coldplay были для нее так же непонятны, как биохимия или феномен стиля Рианны. Она бы с удовольствием отключилась полностью, но Уильямс в любой момент могла задать какой-то простой и одновременно коварный вопрос, который подловил бы ее на невнимательности, а потом обидеться и не разговаривать с ней еще пару недель.
– Я рада, что тебе здесь понравилось.
Зал постепенно наполнялся, в то время как они не спеша шли к первым рядам, к лучшим возможным зарезервированным местам. Красный бархат и яркий свет огромной хрустальной люстры создавали торжественность атмосферы, и Патриция изнывала в предвкушении не хуже Олли, разворачивающего подарки на день рождения. Как и любой фанат DC, она слишком долго ждала полноценного запуска мультивселенной на большом экране, переживала насчет кастинговых решений, на которые реагировала не менее эмоционально, чем малолетние фанаты, с жадностью ловила каждый слух от приближенных к съемочному процессу болтунов и, наверное, довела бы до ручки и самого Аффлека, если бы считала, что их знакомство у Киммела было действительно чем-то большим, чем просто формальность.
– Мы с ним договорились встретиться на вечеринке, – раз пятый повторяла Робин, пока Патти от волнения считала оставшиеся ряды.
– Вот там и обсудишь с ним внезапно вспыхнувшую любовь и парадокс британской привлекательности, – перебила она подругу.
Перспектива сидеть весь сеанс рядом с Уильямс совершенно не казалась такой радужной, как всего несколько часов назад. Теперь Патриция боялась методичного вливания посторонней информации о британской попсе в одно ухо, в то время как до другого тщетно будет пытаться достучаться творение Зака Снайдера.
– Вы позволите? – обратилась Патти к мужчине. Тот уже занял свое место как раз возле их с Робин.
– Все зависит от того, как попросить, – ответил он, поворачиваясь к девушкам лицом, и улыбнулся.
– Джаред! – закричала Робин и помчалась его обнимать. – Чертовски рада видеть тебя здесь.
– Вот уж не думала, что нам достанутся такие козырные места. Прямо рядом с самим Джокером, – улыбнулась Патриция, смотря на то, как Робби тискает бедолагу так, словно они лет сто не виделись.
– Скорее, наоборот. Я же говорил, что и сам могу купить себе билеты в кино, помнишь?
Конечно, она помнила и тут же помрачнела, потому что вместе с воспоминаниями об их дурачествах в дороге тут же всплыла та чертова ночь, лучше бы ее вообще никогда не было.
– А ведь говорила, что ты по плохим парням.
Джей сел на место Патриции, предлагая ей занять свое.
– Насколько я помню, это были твои слова.
– А разве тогда нужны были слова? – Джаред оперся о подлокотник и наклонился ближе к Патриции.
