После того как Бен согласился приехать, что удивило Патти не меньше, чем сам факт, что Робби подбила ее на этот камикадзе звонок, девушка провела скрупулезную инспекцию того, что осталось от их пиццы и гребаных овощных бургеров. Результат был неутешителен. В картонной коробке лежали только недоеденные корочки, а бутеры Робби с Мартином подмели без остатка, даже бумажного пакета нигде не видно было. На столе стояла бутылка шампанского, коих в холодильнике после завершившейся раньше, чем ожидалось, вечеринки было еще много, и клубника. Если в доме у Патриции Бэйтман было шампанское, клубника была самим собой разумеющимся продуктом.
Такой набор вполне устраивал как Робин, так и Патти. Криса в этом случае никто не спрашивал. А вот Аффлека, которого она, вполне возможно, лишила ужина, надо было кормить чем-то более существенным. Да и клубника со сливками на позднем ужине с мужчиной (Мартин опять же не в счет) задевала остатки ее католической морали, потому с полчаса назад все временные обитатели квартиры на пару с местным обслуживанием и доставкой страдали от Бэйтман, которая не знала, чего бы ей захотеть.
– И бананы… – мечтательно продолжала Робин. – Мы так и не попробовали, помнишь?
Забыть о том кокосово-цитрусовом месиве на кухне у Макса было сложно. Уж он-то точно не забыл, до сих пор подтрунивает, вспоминая им грехи молодости. Патти вспомнила весь этот трэш, мокрые руки, брызги сока на белой футболке и содрогнулась. Нет, такого ее гостиная не заслужила. Такого не заслужила ни одна комната этой квартиры.
– Нет, Робин, только через мой труп, – протестовала Патти, но как-то очень слабо и неубедительно.
– Значит, да, – улыбнулась подруга, набирая номер доставки Lassens. – Да… Самую большую, что у вас есть…
Патриция со смутным предчувствием беды слушала разговор Робин с супермаркетом, но была слишком расслаблена, чтобы предотвратить надвигающуюся смерть предметам облюбованного интерьера. Уильямс все еще что-то выясняла у оператора, активно размахивая руками, а Крис напряженно следил за тем, чтобы она ничего не задела и не ударилась. И когда девушка, наконец, нашла нужное положение, закинув ноги на стол, он убрал на пол разбросанные по нему журналы вместе с коробкой от пиццы, мимо которой Робби промахнулась разве что на несколько сантиметров. Патти только прыснула со смеху, оставив такую благодарную почву для насмешек без комментария. Ее сейчас куда больше волновало то, как плавно пузырьки шампанского поднимались вверх и исчезали с поверхности жидкости.
– Хэй, Патти, что мы будем делать с твоим Бэтменом, когда он придет, а ты уснешь, – Робби бесцеремонно пнула подругу ногой так, что та едва не пролила на себя шампанское. – Бен это уже видел. И если он не извращенец какой, то наблюдать за спящими девушками не приносит ему особого удовольствия. Пора раскачать эту вечеринку! – провозгласила Робин, выкручивая музыку погромче.
Она запрыгнула на журнальный столик, любимый и оберегаемый не хуже бриллиантов короны Justin Van Breda, и потянула Патрицию за собой.
Картина, которую застал Бен, заставила его на несколько мгновений задержаться у дверей, оценивая масштаб маленькой домашней вечеринки. Курьер же, который так вовремя пришел пополнить стратегические запасы, тщетно пытался разглядеть что-то за широкой спиной актера. До него доносились только неслаженные вопли двух девиц, которые пытались подпевать на непонятном языке рвущейся наружу из квартиры музыке. Кроме немецкого регги из квартиры рвался еще и плотный запах марихуаны, плотный настолько, что почти превратился в дым, как в гребаных гангстерских фильмах, где банда нигеров вываливается в клубах дури из какой-то до безобразия обвешанной тачки. Как ни старался, большего заметить ему не удалось. Аффлек забрал у него пакеты и закрыл дверь.
– О, Бэтмен! Привет! – Робин первая отреагировала на гостя. – Заходи, снимай костюм… Ааа, черт, ты сегодня не в нем…
Патриция споткнулась и едва не упала со стола.
– Бен, – девушка неловко улыбнулась, спускаясь на пол. – Боже.. – Она нервно поправила халат, перевязав его поясом. – Я так рада, что ты пришел.
– Я смотрю, с Богом вы вполне успешно примирились при помощи даров его, – мужчина кивнул в сторону истощившегося стратегического запаса.
– Сестра Робин предлагает Бэтмену, пока он не при исполнении, тоже присоединиться, – девушка протянулся Бену косяк.
Патти с напряжением наблюдала сцену протягивания трубки мира, и откинулась на спинку дивана, расслабившись, только когда Аффлек сел рядом с ней, затягиваясь травкой. Девушка одобряюще улыбнулась, наблюдая за мужчиной. И с чего она вообще переживала, это же не гребаный Мартин, который и под кайфом остался таким же бесящим мудозвоном.
– …жрица Зевса… – выловила она отрывок шепелявой речи вокалиста Coldplay.
– Чего?
– Зевса, – повторил Крис. – Громовержец в древнегреческой мифологии. Мы же тут говорили о богах, и я…
