– Конечно, узнала, – раздался чересчур веселый голос Патриции Бэйтман. – У тебя не самый распространенный тип лица, знаешь ли. Да и голос за день съемок я прекрасно запомнила. И вообще, вычислять знаменитостей – моя работа. Не забыл?
– Как и заставлять их менять планы и работать в поте лица, – заметил Том.
– В этом у меня ни для кого нет исключений. Можешь поинтересоваться у моих сотрудников. Они тебе разные страшилки расскажут.
Непринужденный разговор между Бэйтман и Влашихой, который едва кивнул Робин в знак приветствия и вновь начал подкатывать к ее подруге, напрягал и Майкла Фассбендера. Он все крепче сжимал руку на талии девушки, будто она должна была вот-вот выпорхнуть из его объятий навстречу немцу. А Патти и дальше любезно отшучивалась от Тома, прекрасно замечая, в чью сторону он незаметно поглядывает. Том изучал реакцию Робин на ничего не значащий флирт, наблюдал, как она закипает от раздражения, и Патриция просто не могла отказать себе в удовольствии помочь этому несчастному Ромео еще раз. Может, хоть сейчас, когда он наконец сообразил как вести себя со строптивой Уильямс, что-то у них да выгорит.
Робби тем временем быстро прикончила очередной коктейль с пестрым зонтиком и куда-то умчалась, почти сразу за ней распрощался и Влашиха.
– И что это было? – недовольно спросил Майкл.
– Ревность, я полагаю, – улыбнулась Патти, разгибая его пальцы, до боли впившиеся в ее бедро.
Робин вышла на балкон и опустилась на корточки, пытаясь найти в сумке сигареты. Она сто раз огляделась вокруг в надежде найти какие-то вывески, запрещающие курить, и это бы спасло ее от проклятого никотина, который, как утверждал Алекс, старит кожу в считанные секунды, как и пойло из Старбакса. Но, не обнаружив ничего такого, Робби достала из пачки «Вирджиния Слимс» сигарету и, пообещав себе, что это в последний раз, вновь огляделась. Никого рядом. Только музыка и смех, доносящиеся из огромного зала, где люди в черном и белом предпочитают оставаться в масках.
Прокручивая между пальцев злосчастную сигарету, Робби злилась на весь гребаный мир. Патти, которая бесстыдно флиртовала с Влашихой, сидя рядом с Майклом. И как она вообще могла?!. И этот придурок улыбался в ответ, поплыл, блядь, как мороженое, которое вытащили на жару и, как следует, облизали. Он вообще точно не заметил присутствия Робин, и это раздражало девушку больше всего. Да все вокруг только и смотрели на нее, а он пошел пиздеть с какой-то бабенкой в ужасном платье! Наверняка, какая-то низкопробная актрисочка, которую он трахает!
Не то чтобы, конечно, ее это сильно задевало, но… Как… Это пиздец как задевало!
Робин тряхнула волосами, растрепавшимися на тихом ночном ветру, и тяжело вздохнула. Все было не так.
– Зажигалку?.. – бархатный мужской голос совсем рядом.
Уильямс обернулась, немного вздрогнув, и измученно закатила глаза.
– Ты следишь за мной?! – с раздражением спросила она, глядя на то, как закуривает Том. Огонек от зажигалки осветил его лицо. В потрясающем черном костюме, в этой темноте, здесь, когда никого больше нет рядом… Робин вспоминала тот странный сон, который она видела в Нью-Йорке. Щеки ее вспыхнули в считанные секунды.
– Зачем нужны маски, когда знаешь, кто под ними?.. – Влашиха облокотился на перила балкона и медленно выпустил в ночь плотную молочную струйку сигаретного дыма.
Робин смотрела на его профиль, который старательно укрывала темнота, и внимательно следила за огоньком сигареты, который становился ярче, когда Том делал очередную затяжку.
– Да, я бы тебя узнала и в маске… – нервно хихикнула девушка.
Мужчина посмотрел на Робин и сразу же отвел взгляд.
– Нравится тебе мое платье? – Уильямс подошла чуть ближе и провела ладонями по своим бедрам.
– Ужасное, – бросил в ответ Том. – Только женщина без капли стыда могла надеть такое на бал, где соберется куча снобов.
– Ах, конечно! – Роббс со злостью шипела на ухо Тому, точно проклятая змея. – У твоей страшненькой подружки платье намного лучше!.. Скажи, она хотя бы хороша в постели?!.
Влашиха снова перевел взгляд на Робби. Его губы растянулись в самодовольной ухмылке.
– Как раз сейчас я и собираюсь это проверить, – ответил он. – Только докурю.
– Вот и вали! – крикнула Робин, сломав пополам сигарету, которую она до сих пор крутила в руке.
Том неожиданно громко рассмеялся. Затем сделал несколько коротких затяжек и выбросил свой окурок. Робин смотрела на него, стоя совсем близко. Он слышал ее дыхание, чувствовал аромат духов, и было чертовски трудно не поддаться ее чарам, в очередной раз позволив ей «поиметь» себя. Он просто не мог смотреть на эту женщину, особенно когда она была одета так, точно всем видом умоляла, как можно скорее ее раздеть. И зря он думал, что все это пройдет. Убеждал себя, пока она была так далеко. Стоило ей лишь появиться в поле его зрения на этом проклятом баллу, все полетело к хуям. И обещания, которые он давал сам себе, и долбаная надежда на волшебное исцеление от этого чувства, которое он испытывал всякий раз, как только видел ее рядом.
