Влашиха оторвался от телефона и онемел. Хорошо, что телефон ему больше не понадобится, иначе он не смог бы выдавить из себя ни слова. Робин Уильямс была в своем репертуаре, казалось, она никогда не заморачивалась о глупых понятиях приличия, а уж тем более не думала, каково смотреть на ее полуголое безупречное тело. Она была слишком хороша, чтобы вот так просто выбросить из головы, слишком хороша, чтобы делить ее с кем-либо, и определенно стоила того, чтобы не сдаваться и вырвать ее из лап самого черта, не то что какого-то музыканта. Ее мягкая кожа, сводящий с ума запах и тихий хрипловатый шепот:
– Здравствуй, Том.
Мужчина задержал ее в объятиях чуть дольше, чем того требовало приветствие, и нежно поцеловал в уголок губ, не в силах отстраниться.
– Ребятки, если вы все же остаетесь здесь, то я, пожалуй, вызову такси, – напомнила о своем существовании Патриция, пока не стала невольной свидетельницей вертикального выражения горизонтального желания.
Внизу их ждал купейный Mercedes, который выглядел не менее эффектно своего владельца, но тут же вызвал у Патти сомнения по поводу возможностей доставить их до места в целостности и сохранности. Робин тоже тоскливо смерила шустрое авто спорт-класса, а затем свои крылья.
– Предлагаю привязать к крыше авто, как добычу, – выдала Бэйтман первую гениальную идею вечера.
– Эй, – с обидой пробубнила Робби, – сама же меньше часа назад говорила, что моему личику нельзя попадать в неприятности.
– А мы мешок на голову нацепим, – рассмеялась Патти, – по заднице тебя узнает разве что любитель каталогов купальников.
– У меня есть менее экстремальное решение проблемы, – вмешался Том, пока не разгорелся нешуточный спор. – Я сложу крышу, Робби сядет на заднее сиденье, там достаточно просторно для ее… – он замялся, осматривая девушку в откровенном костюме, – …крыльев. А Патти впереди будет показывать дорогу.
– Да! – с энтузиазмом согласилась Уильямс.
Бэйтман с подозрением покосилась на подругу, та обычно всегда устраивала сцену, когда ее пытались затолкать на заднее сидение, будто это приуменьшало ее статус и мешало быть в центре событий.
– Мы врубим радио на всю катушку и с ветерком прокатимся по Бульвару Сансет на крутой тачке! Мне определенно нравится, как мы начинаем вечер, – улыбаясь, Робби сама уселась в Mercedes и нетерпеливо похлопала по водительскому месту, приглашая всех присоединиться к увлекательному путешествию навстречу приключениям.
– Вообще-то, я думала, мы объедем Сансет, чтобы не застрять где-то ближе к центру, – Патриция попыталась предотвратить заранее провальный план.
– Том… – протянула Робби, одарив его многозначительным взглядом из-под ресниц.
Мужчина улыбнулся девушке и тактично промолчал, ему совершенно не хотелось занимать ничью сторону в этой глупой размолвке, блуждать непонятно какими объездами по всему ЛА, прислушиваясь к двум нетрезвым девицам, у каждой из которых свои соображения касательно самого удачного маршрута. Том Влашиха жалел, что его навигатор вряд ли знает адрес «дом Джареда Лето», и придется прислушиваться к Бэйтман, как к более трезвой на вид.
– Мы ведь можем проехать немного по Сансет, а потом свернуть из центра? – спросил он у Патриции, открывая перед ней дверцу и помогая запихнуть следом ее объемные юбки.
Патти посмотрела на Тома и сокрушенно покачала головой, он не подозревал, на что подписывается.
– Будь по-твоему, только потом без жалоб.
И Том не жаловался, когда Робин пользовалась им вместо пульта по переключению станций, пока наконец не нашлась та, что пришлась ей по вкусу. И когда Патриция командовала, куда поворачивать, он понимал, что бездушный женский голос в навигаторе звучит почти по-дружески.
– Сделай погромче, – попросила Робби, когда мужчина решил, что ненастья наконец отступили. Они выехали на главную улицу Лос-Анджелеса и, по словам Патти, должны были ехать прямо, пока их не затошнит от монотонной дороги. – Ты это слышишь? – Уильямс наклонилась к подруге и начала напевать песню канадских альтернативщиков Nickelback.
Только не это, подумала Патриция, уже напевая про себя чертов заразительный мотив «Rockstar», гимн гребаного Хэллоуина 2007, и отстукивая ритм по приборной доске.
–‘Cause we all just wanna be big rockstars, – пропела Робби во весь голос начало припева.
– …and live in hilltop houses, drivin’ fifteen cars, – воодушевленно подхватила Патти. И Влашиха понял, насколько попал. Попал в компанию двух ненормальных, к которым и примазаться было никак, ибо, к стыду своему, годы музыкального образования к такому его не готовили. Когда девушки повернулись к нему, ожидая, что он разбавит их дуэт, он смог лишь мило, как он надеялся, улыбаться, потому что совершенно не знал этой песни.
А дамы тем временем продолжали орать, да так душевно, будто песня была о каком-то бремени людском, а не о тачках, наркотиках и доступных бабах. Сигналили водители соседних авто, некоторые из них подпевали, прохожие останавливались на тротуарах, а Том хотел исчезнуть из собственной тачки. Из тачки, которой он, черт побери, гордился.
