– Помедленнее, – недовольно пробурчала она. Виктор закатил глаза, замедлился. Штат схватила его под руку, на манер леди, потом и вовсе спихнула в руки другу неожиданно ставшую тяжелой биту. – Напомни, почему мы не пошли к забегаловке Шатунова и его стервы-сестренки, как собирались, а вместо этого разгромили какую-то закусочную и ателье? – Она вопросительно выгнула бровь, крепче хватаясь за руку парня, споткнувшись о свою ногу.
В начале вечера они крепко обдолбались – теперь отходняк давал о себе знать.
– Деньги, – цокнул Виктор, – нам заплатили за это, ласточка.
– Ну да, ну да, – прошипела Штат. – Напомни, какого хера мы в это вляпались? – Она устало хныкнула, забирая биту.
Та безвольно повисла в ослабевших за ночь руках и издавала неприятный звук, касаясь асфальта.
– Мы спустили восемьсот тысяч и сейчас совмещаем необходимое с полезным, – флегматично пояснил он, кинув взгляд назад, на компанию гогочущих друзей.
Эдик и Соня толкали в плечи еще трех парней, которые уже стали частью компании, – шикали друг на друга, чтобы из-за громких криков жильцы не вызвали полицию. Неприятно будет попасться на такой мелочи.
– Я бы предпочла быть просто долбанутой, а не продажной сволочью. – Штат горько усмехнулась.
Виктор заключил ее в карикатурные объятия, приподнимая над землей.
– Да ладно тебе, ласточка. – Он миролюбиво улыбнулся. – Собегем нужную сумму, и все. Плюс классные бонусы: Соня взяла несколько платьев из ателье. – Он поставил блондинку на асфальт и продолжил путь.
– Ну не знаю. – Штат поджала губы, наслаждаясь ужаснейшим звуком волочащейся по асфальту биты. – Там все было чересчур… чересчур, – вынесла вердикт она и выхватила из заднего кармана джинсов черный блокнот. – Взяла только записную книжку рядом с кассой. Всегда хотела такую. – Она улыбнулась.
Виктор кинул на нее смешливый взгляд.
– Пустая?
– Ага, новенькая. – Штат любовно пролистнула чистые страницы блокнота. – Кстати, а ты что так старательно выискивал в обоих заведениях? Мы же решили кассу не брать, чтобы в случае чего был только взлом, без «сто пятьдесят восьмой». Пустой блокнот не заметят… платья скажу Соне вернуть до утра. Лишние проблемы нам не нужны.
Вик недовольно поморщился, закусил щеку изнутри, отмахиваясь от подруги.
– Забей. Думал, найду что-то типа алмазов или облигаций. – Он цокнул, ускоряя шаг.
– Серьезно? В ателье под названием «Сладкий сон Марии»? – Штат залилась громким смехом, подтрунивая над другом. – Хотя ты прав. Мало ли, вдруг они на самом деле миллионеры и шифруются, поддерживая убыточный бизнес. Я глянула в бухгалтерию: там все очень и очень печально. Надо было тебя сразу предупредить, хренов сыщик.
Виктор в ответ на подколы только скривился, смотрел перед собой отрешенным взглядом. Пусть говорит что хочет. Это же ему нужно будет объяснять заказчикам, почему он ничего не нашел.
Ночная прогулка закончилась перед двухэтажным домом в пустынном районе Технологического института. Компания остановилась на крыльце и начала активно зевать, ощущая накопившуюся усталость. В ход пошли сигареты и оставшиеся дорожки. Все стояли в молчании на протяжении нескольких минут, пока Штат не прервала паузу, выпуская в сумерки струю дыма.
– Ты хорошо его знаешь?
Голос от смешения нескольких веществ и похмелья звучал надтреснуто. Штат не прокашливалась, ей нравился такой тон. Иногда поломанные вещи выглядят особенно привлекательно.
– Не лично. – Виктор сплюнул вязкую слюну на пол. – Видел его в тогдашней тусовке Эдика, а недавно мне написал наш общий знакомый. Сказал, хочет вести дела вместе.
– Как все серьезно, – скривилась блондинка.
Вик безразлично пожал плечами, постучал в дверь.
– Типа того.
Им открыл молчаливый худощавый парнишка, смотрел на компанию несколько секунд сосредоточенно. Ушел внутрь, не говоря ни слова. Друзья переглянулись, сочли это за приглашение, проходя за брюнетом в дом.
В воздухе плотным слоем стоял дым табака и кальяна, в каждой комнате по пути к лестнице Штат видела три-пять человек, занимающихся своими делами: кто-то бренчал на гитаре, кто-то разговаривал, кто-то активно раскладывал вещи по сумкам.
Дом был похож на смесь борделя и притона: очевидно, предназначался под снос. Нигде не было видно голых девиц или дорожек на стеклянных столиках. Это место было своеобразной лаундж-территорией, но никак не лабораторией по производству героина, как сначала представляла себе Штат.
Новая порция веществ ударила в мозг с опозданием, Штат потерялась во времени, заходя в комнату на втором этаже, по ощущениям, только через два часа.
Здесь было меньше дыма и музыка играла тише. Штат было легче собраться с мыслями и хоть как-то воспринимать происходящее. Ее взгляд то и дело замутнялся фиолетовыми пятнами, действия людей вокруг будто проигрывались в замедленной съемке. Она знала, как с этим бороться: сосредоточила все свои силы и внимание на единственном предмете – глазах парня, подошедшего к компании.
