Пропавшая экспедиция полностью

— Мамочка, меня посылают в Ирак!! — провозгласил папа по возвращении со службы в один из вечеров, которого я, конечно же, толком не помню по малолетству. Бабушка, услыхав это сногсшибательное известие, так и села. Она конечно, была рада и даже горда за сына, но… Не прошло и двух недель, как советский народ без особого энтузиазма отметил новый 1990-й год. Он не обещал разношерстному населению империи ничего хорошего. Громадную страну не на шутку лихорадило, регионы больше не желали платить центру оброк, на окраинах вскинули головы националисты, то тут, то там гремели автоматные выстрелы, бронемашины сыпали искрами о камни мостовых, люди были раздражены, как голодные осы. И, они были голодны ничуть не меньше ос. Из магазинов исчезло все…

— Ты собрался оставить нас на пороховой бочке, Моше?! — с укором, впрочем, прозвучавшим почти ласково, осведомилась бабушка. К началу девяностых годов ее немножко инфантильная вера в мессианство Ельцина окончательно рухнула. Что же касается грядущего Светлого Будущего, которое, с введением многопартийной политической модели, теперь сулили все, кто хотел протолкаться к корыту с надписью ГОСБЮДЖЕТ, то бабушка разуверилась в нем еще при мраксистах. Словом, раз какой-то очередной паяц заливал с трибуны о молочных реках в кисельных берегах, самое малое, чего следовало ожидать, были реки крови в берегах из дымящегося дерьма. Бабушка все чаще задумывалась об эмиграции, с которой не сложилось в начале семидесятых. А тут сын огорошил ее известием, что скоро, видите ли, едет в Ирак, и пробудет там как минимум год.

Нет, вы только посмотрите на него!! — вполне могла бы ответить на это бабушка. — Я думала, он хочет сообщить мне, что наконец-то сходил в ОВИР!! А он, вместо этого, радуется как дурачок, что его послали к этому усатому людоеду Саддаму Хусейну! И что нам теперь делать с Ритой, тоже скакать от восторга до потолка?!

Но, бабушка была любящей матерью, она оценила, каким восторгом загорелись папины глаза, бывшие тусклыми, словно грязное зеркало так долго. Едва узнав о командировке, папа сразу решил, что кровь износу побывает на развалинах Вавилона, чтобы собственными глазами увидеть камни, из которых были сложены Ворота Иштар.

— А, если выгорит, то и в Багдадский музей попаду! — в предвкушении папа аж приплясывал, и бабушке, чье сердце дрогнуло и растаяло, на секунду почудилось, что ее сын снова стал маленьким мальчиком.

— Для меня это очень важно! — повторял папа. — Мне нужно там побывать! Обязательно!! Чтобы кое-что проверить, понимаешь?! К тому же, ты зря беспокоишься, мне обещали приличную зарплату, и не в деревянных, а сертификатами Внешпосылторга. Я буду переводить их в Союз, и вы сможете отовариваться в «Березке»…

Вы только послушайте этого великовозрастного недоросля?! — едва не вспылила бабушка. — Он вышлет от своего Саддама сертификаты! И что ты нам прикажешь с ними делать, варить из них мацу?! Или, может, ты, таки нашел рецепт, как клочки бумаги переделать в молоко, чтобы у Риты было, чем поужинать?! Уже был один такой, говорят, переделывал воду в вино, я не знала, что РОДИЛА СЛЕДУЮЩЕГО ПО СЧЕТУ…

Но и эти слова так и не были ею произнесены.

— Это всего на год, от силы — полтора… — увещевал отец.

Этого срока хватит за глаза, чтобы мы с Ритой, таки дружно протянули ноги, — страшно колебалась бабушка. — Тем более, если нам в этом помогут. А помощники в таком деле найдутся запросто. Знаю я, кто у них всегда виноват, когда в кране воды нету. Тогда они напиваются водки для храбрости и приходят за такими, как я и Рита, спрашивать, куда подевалась вода! Они не приходят с вопросами к Березовскому, у Березовского охрана с автоматами…

— Если я упущу свой единственный шанс попасть в Вавилон, другого не представится, мама!!

— Дался тебе этот Вавилон проклятый?! — все же не сдержалась она. — У него там будет один Вавилон, а у нас тут — другой!!

— Вавилония — это древний Шумер! — наяривал папа. — И именно оттуда, кстати, пришла вся магия…