Богатая наследница Риган, забытая равнодушным опекуном и едва избежавшая брака с циничным охотником за приданым, вынуждена бежать в неизвестность и скитаться в доках лондонского порта. Именно там нашел перепуганную девушку грубоватый американец Трэвис Стэнфорд, из жалости решивший позаботиться о ней и увезти на свою родину — в Виргинию.Трэвису и в голову не могло прийти, что очень скоро чумазая девчонка превратится в обворожительную юную женщину, до безумия влюбленную в своего спасителя.И пусть сам он искренне считает себя приемным отцом Риган, пылающая страстью красавица намерена добиться от него ответной любви, чего бы это ни стоило…
Уэстон-Мэнор неприметно располагался посередине разросшегося на двух акрах земли сада. Этот небольшой скромный дом выглядел именно так, как и подобало выглядеть жилищу английского джентльмена в 1797 году. Только самый проницательный наблюдатель смог бы заметить, что две сточные канавки несколько засорились, что у одной из труб откололся угол, а краска на фасаде дома потрескалась.
Внутри дома единственной полностью освещенной комнатой была столовая, но и здесь можно было также заметить признаки запустения: обивка на георгианских креслах износилась и выцвела, начали отваливаться кусочки гипса от лепнины, украшавшей высокий потолок, а на одной из стен, где когда-то висела картина, выделялся более светлый прямоугольник.
Однако сидевшая за столом молодая девушка ничего этого не замечала, потому что не сводила глаз с мужчины, сидящего напротив.
Фаррел Бэтсфорд изящно изогнул запястья, чтобы не испачкать соком ростбифа гофрированные шелковые манжеты. Положив маленький кусочек мяса на свою тарелку, он вяло улыбнулся девушке.
— Перестань таращить глаза и ешь, — приказал племяннице Джонатан Нортленд, переводя взгляд на своего собеседника. — Так что вы говорили, Фаррел, об охоте в вашем загородном поместье?
Риган Уэстон попыталась переключить внимание на еду, попробовала даже съесть кусочек мяса, но так и не смогла его проглотить. Разве можно быть спокойной и есть, когда рядом сидит мужчина, которого она любит? Она опять украдкой взглянула на Фаррела сквозь густые темные ресницы. Его длинный тонкий нос и миндалевидные синие глаза выглядели очень аристократично. Бархатный сюртук с жилетом из золотистой парчи идеально сидел на его стройной изящной фигуре. Светлые волосы, искусно уложенные вокруг узкого лица, доходили до белоснежного воротника и чуть загибались на концах.
Услышав глубокий вздох Риган, ее дядюшка, недовольно нахмурившись, предостерегающе взглянул на нее. Фаррел деликатно промокнул уголки тонких губ.
— Не пожелает ли моя будущая невеста прогуляться со мной при луне? — тихо спросил Фаррел, отчетливо произнося каждое слово.
Невеста! Риган покраснела от смущения и удовольствия. На следующей неделе в это время она станет его женой и сможет любить его и лелеять, сколько душе угодно, потому что он будет принадлежать только ей. Чувства переполняли ее настолько, что она даже говорить не могла, а поэтому лишь кивнула ему в знак согласия. Швырнув на стол салфетку, она поймала на себе неодобрительный взгляд дядюшки. Видно, она снова поступает не так, как подобает леди. Ей не следует забывать о манерах, ведь она скоро станет миссис Фаррел Бэтсфорд.
Когда Фаррел протянул ей руку, она постаралась не ухватиться за нее изо всех сил, хотя ей хотелось танцевать и смеяться от счастья, хотелось обнять этого человека, прикасаться к нему. Однако вместо этого она спокойно проследовала за ним из столовой в прохладу весеннего сада.
— Может быть, вам лучше накинуть шаль? — спросил Фаррел, когда они немного отошли от дома.
— О нет, — с трудом переводя дыхание, сказала Риган и наклонилась к нему чуть ближе. — Я не хочу терять ни минуты времени, проведенного с вами наедине.
Фаррел хотел что-то ответить ей, но потом передумал и отвел глаза в сторону.
— Сегодня ветер дует с моря, а поэтому холоднее, чем было вчера.
— Ах, Фаррел, — вздохнула она, — еще шесть дней, и мы станем мужем и женой. Я самая счастливая девушка на свете.
— Ну что ж, возможно, — торопливо произнес Фаррел и отцепил ее пальцы от своей руки. — Сядьте здесь, Риган. — Он говорил с ней так же, как обычно разговаривал дядюшка, словно теряя терпение с надоедливым ребенком.
— Я бы с большим удовольствием прогулялась с вами.
— Вы, кажется, намерены проявлять непослушание еще до того, как мы поженились? — спросил он, заглядывая в ее широко поставленные доверчивые глаза. В этих глазах отражалось все, что она чувствовала и думала. В своем муслиновом платьице с высоким воротом она была очень хороша, словно прелестный ребенок, однако его это привлекало не больше, чем если бы хорошенький щеночек просил приласкать его.
Прежде чем начать разговор, он отошел от нее на несколько шагов.
— Все уже готово для церемонии бракосочетания?
— Дядюшка Джонатан обо всем позаботился.
— Я не сомневался, что он все сделает, — пробормотал Фаррел. — В таком случае я вернусь на следующей неделе к началу церемонии.
— На следующей неделе? — Риган вскочила на ноги. — Не раньше? Но, Фаррел… мы… я…
Он досадливо поморщился и протянул ей руку.
— Полагаю, что нам пора вернуться в дом. Возможно, вы захотите пересмотреть свое отношение к нашему браку, если все, что я делаю, вызывает ваше неудовольствие.
Фаррелу было достаточно лишь взглянуть на нее, чтобы остановить любые возражения с ее стороны. Она напомнила себе, что должна вести себя, как подобает леди, и не вступать в пререкания, чтобы не дать своему любимому повода для недовольства.
