– Прекратите! – между ними вклинилась пышная Молли. Роста она была среднего, коренастая и сильная, как мужичок. Одной рукой она оттолкнула Кейт, второй уперлась в плечо Берте. – Живо! А то я мигом вам обеим насую!
Конфликт был принудительно погашен, обе зачинщицы вернулись на свои места и теперь молча обменивались свирепыми взглядами.
– Хватит вам ругаться, – примирительно сказала Нана, – лучше расскажи, что еще они там говорили.
– Я уже все рассказала, – буркнула Берта, – и про женитьбу, и что она лаами, и что скоро он ее освободит.
– Все равно расскажи!
Они были готовы слушать эту историю хоть ночь напролет. Разве может быть что-то интереснее, чем чужая личная жизнь? И только Тамара не разделяла общего восторга. Наоборот, она все больше и больше хмурилась, а потом не выдержала:
– Девочки, – прошептала она и воровато оглянулась на дверь, опасаясь, что их подслушают, – я что вспомнила…
Глаза у нее были большие-пребольшие, и остальным, конечно же, стало интересно, что такого она там вспомнила. Даже заносчивая Берта и та подалась вперед:
– Говори уже, хватит нагнетать, – не выдержала она, когда молчание стало затягиваться.
– Помните, в том году осенью к нам чучело зеленое привели?
– Как не помнить? – ухмыльнулась Берта, и остальные согласно закивали. – До сих пор мурашки по коже. Как она мычала, как бельма свои блеклые таращила – аж до пупка пробирает. Страшенная.
– Здорово мы ее тогда выпроводили, – поддержала Нана, – говорят, хозяин ее в лес отвез, да там и прикопал под ближайшим деревом.
Тут же поднялся гвалт. Каждая из служанок рассказывала свой вариант развития событий:
– Глупости! Продал он ее.
– Отвез в Андер к императору. А тот ее в клетку посадил, чтобы народ развлекала.
– Сбежала она.
– В болоте утонула, и призрак ее по ночам там воет.
– Да нет же, девочки. Нет! – зашипела Тамара с таким напором, что все замолчали и удивленно уставились на нее. – Помните, на руках у нее тоже нитки были? Я еще все думала, что это она навязала, чтобы от сглаза схорониться! Ну, вспоминайте же!
– Точно, – подтвердила одна из служанок, – она еще все теребила их. То распутать хотела, то разрезать, то поджечь.
– Получается, она тоже лаами была? – осенило Нану. – Как так хозяина угораздило? Чучело такое выбрал… жуть. Вот вторая лаами гораздо лучше. Красивая, породистая. На нее все мужики в замке головы сворачивают, взглядом провожают.
– Подумаешь, от зеленой и страшной избавился, а взамен привез новую… чуть получше, – недовольно фыркнула Берта.
– Нельзя избавиться от лаами, – Тамара погрозила пальцем, – и от ниток нельзя избавиться раньше, чем через год. Мне это один маг рассказывал, пару лет назад. Мы с ним на сеновале встречались, он так любил меня целовать…
– Значит, просто взял себе еще одну! – перебила Берта, которую совершенно не интересовали романтические бредни этой зануды.
– Не может быть двух лаами. Она всегда одна!
– Да что ты привязалась? Может не может – какая разница?
– А такая, что та зеленая и эта синеглазая – это один и тот же человек! – выкрикнула Тамара и тут же зажала себе рот рукой, сама испугавшись того, что сказала.
Повисла тишина. Прислужницы недоуменно переглядывались, хмурились, пытаясь переварить услышанное.
– Да ну… глупости… – скованно сказала одна.
– Ерунда какая-то, – поддержала вторая, но уверенности в голосе не было.
И только Берта сидела, нахохлившись, и судорожно соображала, что будет дальше. В отличие от остальных, она сразу поняла, что это правда. Ее аж перетряхнуло от макушки до кончиков пальцев. Сомнений не было никаких. Как и в том, что синеглазая не простит подставы и обязательно припомнит тот случай с линялым бельем, после которого ее выкинули из замка. И учитывая, что скоро она станет хозяйкой Вейсмора, будущее вырисовывалось весьма мрачное.
Берта упрямо сжала кулаки. Выбор небольшой. Или она, или ее. И времени осталось всего ничего. До осени.
***
Кайрон постучался в комнату кхассера и, дождавшись ответа, зашел внутрь:
– Брейр, там старуха эта пришла. Нарва-травница. Хочет тебя видеть.
– Не сейчас.
Он был занят. Перед ним на столе были разложены свежие карты предгорной равнины, на которой провидцы из Андера отметили переходы, готовящиеся к открытию. В этом году их почему-то было особенно много. Не десятки, как обычно, а несколько сотен, разбросанных у подножья, на берегу реки, в прибрежных лесах. Никто не понимал, откуда их столько взялось, но одно знали наверняка – что-то менялось.
Происходили какие-то сдвиги в привычном положении дел, и к чему они могли привести, оставалось только догадываться. Больше переходов – больше возможностей, но и опасностей тоже больше. Рой, который пока им удавалось сдерживать, мог прорваться к одному из разрывов и оказаться в горах на границе с Милрадией. Там их поджидали Сеп-Хатти и барьер, надежно охранявшие от вторжения. Но что, если и там что-то поменялось? На эти вопросы пока не было ответов, но бдительный Тхе’маэс приказал разослать всем кхассерам новые карты и готовиться.
Еще бы знать к чему…
– Она говорит, это очень важно.
– Подождет.
– Очень-очень важно.
