Она дала Кирби и Линч задания. Нужно было отвлечься от мыслей о тяжёлом состоянии Бойда и найти конкретные доказательства, чтобы продвинуться в расследовании убийств. Лотти была убеждена, что смерти двух священников, Корнелиуса и Ангелотти, были связаны со Сьюзен Салливан и Джеймсом Брауном, и общая нить вела к «Санта-Анджеле».
Загрузив фотографии книг со своего телефона в компьютер, Лотти с горящими глазами уставилась на экран. У каждой записи была своя невысказанная история, каждое имя было чьей-то душевной болью. И эта боль переживалась в залах, комнатах и землях «Санта-Анджелы». Ей нужен был доступ к зданию, чтобы прочувствовать это место и понять, содержит ли оно ответы, которые она так жаждала получить.
— Распечатайте эти фотографии и расположите на доске в хронологическом порядке, — обратилась Лотти к Линч и направилась в импровизированную кухню. Там она вскипятила наполовину пустой чайник воды и, повернувшись с чашкой в руке, застала в дверях Корригана.
— Доброе утро, сэр. — Лотти пила свой кофе настолько непринуждённо, насколько могла.
— Дерьмово выглядите, Паркер. — Суперинтендант сложил руки на груди.
Выхода не было, уходить он не собирался. Лотти выпрямилась во весь рост и набралась показной храбрости.
— Спасибо, сэр, — сказала она, выдавливая улыбку.
— Я не дурак, — спокойно сказал Корриган. Слишком спокойно. Лотти приготовилась к наступлению.
— Я знаю, — ответила она. А что ещё можно сказать?
— Не умничайте со мной, — сказал он, опуская руки, и слегка наклонился вперёд, мимо Лотти. Она вздрогнула и пригнулась, но затем заметила, что он просто включил чайник, при это преграждая ей путь из кухни.
— Вы ездили в Рим, — прорычал он.
— Да, сэр. — Не было смысла отрицать это.
— Вы нарушили мой прямой приказ. Я мог бы отстранить вас, уволить, подать ваши яйца на блюдечке, если бы таковые у вас имелись.
— Да, сэр. — Лотти натянула рукав рубашки, не собираясь оспаривать ничего из сказанного.
— Надеюсь, оно того стоило, учитывая, сколько проблем это принесло вам и всем остальным, — сказал он, наливая себе буквально каплю воды.
— Думаю, так и есть. — Лотти протянула ему упаковку молока, от запаха которого её мутило.
— Я слушаю, — сказал он, поставив чашку на стойку с коробками и снова скрестив руки на груди.
— Хорошо, сэр. На мой взгляд, убийства связаны с инцидентами, произошедшими в «Санта-Анджеле» в семидесятых годах. Возможно, убийство или даже два. И да, признаю, я поехала в Рим. Я изучала зацепки.
— И что же это за зацепки?
— Отец Бёрк нашёл регистры с информацией. Он попросил меня ознакомиться с ними. У него не было никакой возможности отправить мне информацию сюда.
— Продолжайте.
— Я изучила эти книги, там были записи о детях, принятых в приют «Санта-Анджелы». Даты, имена, усыновления, смерти. Мне предстоит проанализировать много данных, не знаю, насколько они важны, но вот подпись на некоторых страницах действительно имеет значение.
— Я слушаю.
— Отец Корнелиус Мохан.
— Убитый вчера в Баллинклойе? — спросил Корриган, разжал руки и взял кофе, при этом пролив его на рукав рубашки.
— Да, — ответила Лотти. — А в другом реестре есть записи о его переводах, в том числе о пребывании в «Санта-Анджеле». Он служил в более чем сорока разных приходах. Это о чём-то говорит, вам не кажется?
— И вот он жил в пятнадцати километрах от Рагмуллина, по соседству с начальной школой. Безумие.
— Всё было подтверждено епископом Коннором. Который, между прочим, и организовал перевод всех регистров в Рим. — Лотти следила за выражением лица Корригана, пока тот размышлял об услышанном, и добавила: — Вчера вечером я связалась с Бойдом, попросила его съездить в Баллинклой и допросить Корнелиуса Мохана. Я полагала, что он был знаком с жертвами.
Корриган застыл с чашкой у рта.
— Я не верю в совпадения, — сказал он наконец. — Но как убийца добрался до Мохана раньше Бойда? Его предупредили?
— Не уверена, но слишком уж всё ему на руку, — ответила Лотти. — Мне нужно выяснить, кто знал, что мы искали этого священника. Должно быть, он знал что-то, из-за чего его и убили.
Раздувая щёки, Корриган сказал:
— Даю вам отсрочку. После всего случившегося с Бойдом я не могу позволить себе потерять ещё одного детектива. Но когда всё это кончится, вам, вполне возможно, придётся ответить за несоблюдение дисциплины перед главным суперинтендантом. А пока вернитесь к работе. И ещё, Паркер, — добавил он, приблизившись к лицу Лотти.
— Да, сэр?
— Я буду следить за каждым вашим движением. — Его взгляд испепелял Лотти насквозь.
Суперинтендант развернулся и вышел. Лотти вздохнула. Угроза дисциплинарного взыскания теперь буквально висела над её головой. Но у неё по-прежнему была работа, её работа. Пока что. Хоть что-то хорошее в чёрной полосе неудач.
