– Вы оба молодцы. – Джейсон нашел в рюкзаке Пайпер фляжку с водой и дал ей попить. Через пару минут ее желудок начал успокаиваться.
Так как она больше не орала от боли, Пайпер теперь могла слышать завывающий снаружи ветер. В дыру в крыше сыпались снежинки, а после знакомства с Хионой Пайпер меньше всего хотела видеть снег.
– Что случилось с драконом? – спросила она. – Где мы?
Выражение лица Лео резко помрачнело:
– Я не знаю насчет Фестуса. Он просто вдруг дернулся вбок, будто врезался в невидимую стену, и стал падать.
Пайпер вспомнила угрозу Энцелада: «Я покажу тебе, как легко сломить твой непокорный дух». Но разве он мог ударить по ним на таком расстоянии? Вряд ли. Обладай он такой силой – зачем ему вынуждать ее предавать друзей? Он бы сам их убил. Да и как гигант мог следить за ней посреди снежной бури за тысячи миль от себя?
Лео указал на логотип на стене:
– А что касается того, где мы…
Граффити сильно мешало, но Пайпер все же рассмотрела большой красный глаз и трафаретную надпись «МОНОКЛЬ МОТОРС, 1-й СБОРОЧНЫЙ ЗАВОД».
– Закрытый автомобильный завод, – сказал Лео. – Полагаю, мы потерпели крушение в Детройте.
Звучало логично. Пайпер слышала о закрытых автомобильных заводах Детройта, но как место для приземления этот город не воодушевлял.
– Далеко мы от Чикаго?
Джейсон протянул ей фляжку:
– Где-то в трех четвертых пути от Квебека. Проблема в том, что без дракона нам придется путешествовать по земле.
– Ни за что, – уперся Лео. – Это небезопасно.
Пайпер вспомнила, как во сне земля держала ее ботинки, и слова Борея о таящихся в ней ужасах.
– Он прав. И потом, сомневаюсь, что я смогу идти. А ты, Джейсон, не сможешь так далеко улететь, держа нас двоих.
– Точно нет, – согласился Джейсон. – Лео, ты уверен, что мы упали не из-за какой-то неисправности? Фестус ведь старый, и…
– …и я мог напортачить, когда его чинил?
– Я этого не говорил, – возразил Джейсон. – Просто… может, тебе удастся его починить.
– Не знаю. – Лео выглядел очень подавленным. Он достал из карманов несколько шурупов и начал что-то из них собирать. – Сначала нужно найти, где он приземлился, если он вообще остался цел.
– Это я виновата, – выпалила Пайпер, не подумав. Но все это было уже слишком. Секрет об отце обжигал ее изнутри, как слишком большая порция амброзии. Ей казалось, что если она продолжит врать друзьям, то попросту сгорит дотла.
– Пайпер, – мягко произнес Джейсон, – ты спала, когда Фестус заглох. Ты ни в чем не виновата.
– Да, просто у тебя шок, – согласился Лео. Он даже не попытался над ней подшутить. – И тебе больно. Отдыхай и ни о чем не думай.
Ей хотелось все им рассказать, но слова застряли в горле. Они оба так добры к ней. Но Энцелад каким-то образом следит за ними, и ее неповиновение может обернуться для ее отца смертью.
Лео встал:
– Слушай… э-эм… Джейсон, давай ты посидишь с ней? А я пока поищу Фестуса. Думаю, он упал где-то недалеко. Если у меня получится его найти, возможно, я выясню, что случилось, и починю его.
– Это слишком опасно, – запротестовал Джейсон. – Тебе нельзя идти одному.
– Ну, у меня есть скотч и мятные конфеты. Все будет нормально, – как-то чересчур быстро выпалил Лео, из чего Пайпер сделала вывод, что он лишь изображает беззаботность. – Смотрите не сбегите без меня. – Он достал из своего волшебного пояса фонарик и пошел вниз по лестнице, оставив Пайпер и Джейсона одних.
Джейсон улыбнулся ей, хотя выглядел при этом взволнованным. Точно такое же выражение было у него на лице после того, как он поцеловал ее в первый раз, на крыше общежития Дикой школы. Тогда этот очаровательный шрамик на губе тоже изогнулся полумесяцем. У Пайпер потеплело в груди. А потом она вспомнила, что этого поцелуя никогда не было.
– Выглядишь лучше, – заметил Джейсон.
Пайпер не знала, о чем он: о ноге или о том, что больше не была волшебно прекрасна. Ее джинсы порвались во время падения сквозь крышу. Ботинки были все в пятнах от талого грязного снега. Она не знала, что у нее с лицом, но подозревала, что ничего хорошего.
Но какое это имеет значение? Раньше ее это не волновало. Может, все дело в ее глупой матери и это богиня любви морочит ей голову? Если в ней проснется желание читать модные журналы, Пайпер придется разыскать Афродиту и врезать ей.
Она решила сфокусироваться на лодыжке. Если ею не шевелить, боль была терпимой.
– У тебя здорово получилось, – сказала она Джейсону. – Где ты научился первой помощи?
Он пожал плечами:
– Тот же ответ, что и всегда. Не знаю.
– Но к тебе ведь начали возвращаться отдельные воспоминания, да? Как о том пророчестве на латинском, или взять твой сон о волчице.
– Все как в тумане. Вроде дежавю. У тебя бывало такое, что ты забыла какое-то слово или имя, и оно должно вертеться у тебя на языке, но вместо этого – провал? Вот так и у меня… Только в отношении всей моей жизни.
Пайпер хорошо знала, каково это. Три последних месяца – ее воспоминания о прожитых, как ей казалось, днях, отношения с Джейсоном – обернулись туманом.
«Неужели парень, которого у тебя никогда не было, – сказал Энцелад, – важнее родного отца?»
