Мы вышли наружу. Проход был отгорожен кустарником и какими-то развалинами. И оказались мы на улице. Неподалёку был храм, но другой, отличающийся своим фасадом. Он был квадратным, и вообще выглядел небольшим. Снаружи ничем не примечательным. Пара деревьев на территории, и голый мрамор. Кстати, если предыдущий храм мне показался обычным, то этот вообще ни в какое сравнение не шёл. Напоминал современный новодел. Тоненькие невысокие колонны. И хоть деталей я не видела, но само здание разглядела. Странно, неужели зрение возвращается? Я попыталась разглядеть находившихся рядом людей, но кроме силуэтов и цвета волос ничего видно не было. Баян был тёмным. Перед моим лицом маячило тоже тёмное пятно, а неподалёку был кто-то с рыжими волосами. Наверное, Шумило. Правда, этот кто-то был в белом одеянии. Странно.
А ещё увидела кого-то в золотистом.
- Пришли? Хорошо, - сказал Рыжий. И голос принадлежал не Шумило. Тогда где этот лиходей?
Нас провели к двери в неприступной стене, потом какими-то коридорами, а затем вновь туннелями под землёй, пока мы не вышли в огромное крытое помещение.
Это напоминало какой-то концертный зал. Вот правда, сцена имелась, много народу сидело на скамьях. Вот тебе и взбунтовавшийся город. И, увидев нас на сцене, весь этот люд стал скандировать. Что уж они кричали, разобрать я не могла.
А к моим уже успокоившимся нервам добавился страх перед сценой.
Пришлось закрыть глаза, досчитать до десяти, чтобы успокоиться. Я едва стояла на ногах. И пусть до сцены меня нёс Молчун, нижние конечности дрожали.
Когда зрители утихомирились, заиграли струны. Моя песня. И хоть на репетиции она должна быть последней, изюминкой выступления, Молчун почему-то заиграл именно её. Прерываться было нельзя, поэтому я запела. Вот только вместо моего обычного голоса вырвался хриплый, почти что мужской бас. Это меня напугало ещё больше. Да что ж такое? Или Предки так восприняли мою просьбу провалиться на этом выступлении?
Потом струны замолчали и появился барабанный бой. Значит, Шумило явился. И где он пропадал? Ох, не нравилось мне это.
Да и два недобрых взгляда сверлили мою спину. Но я ведь попадала, спела без единой ошибки. Вот только, как номер завершился и нам дали пару минут на отдых, меня чуть ли не за шкирку схватил Шумило, пока Баян извинялся перед публикой.
- Ты что творишь, гадина?
- Я? - вот только голос был не мой вовсе.
- Ты! - он меня схватил за шею и начал душить.
Раздался хруст костей. Тиски на шее разомкнулись.
А потом меня куда-то потянули. Я не сопротивлялась, просто быстро перебирала ногами, стараясь поспеть за моим спасителем. Да-да, именно спасителем, я просто знала это, ведь когда прикоснулись его пальцы к моей руке и потащили, вместо страха я почувствовала облегчение. А кости, видно, не мои трещали.
И я старалась не думать, убил он Шумило или нет.
- Сиди тут и не высовывайся! - шепнул мне на ухо, обдав горячим дыханием. Поцеловал меня мимолётно в губы и ушёл.
Алекс... я хотела закричать, чтобы не бросал меня. Не хотела больше разлучаться с ним. Но голос не слушался.
И только потом пришла в себя и поняла, что кричать нельзя. Ещё не хватает, чтобы меня нашли. Что тогда со мной будет, я не хотела даже думать.
А ещё я переживала за Молчуна. Ведь если найдут мёртвым Шумило, подумают на него. Только бы обошлось всё. Шею саднило, я то и дело поглаживала её, стараясь унять ноющее ощущение.
Странно, но зрение начало возвращаться, ворвавшись гаммой красок в моё сознание. Предметы стали обретать форму. Где это я?
Комнатка была небольшой, с окошком в стене и дверью. Точнее дверным проёмом, за которым была статуя, словно перегораживающая дорогу.
- Теперь вас ждёт баллада о Великане... - вещал голос Баяна.
Я замерла и старалась не дышать. Ведь если я его слышу, что ему стоит услышать меня?
Зазвучали струны... Молчун. Возможно, он и не уходил со сцены, ведь в этой балладе нужны были лишь гусли и голос солиста. Тогда есть шанс, что Шумило и меня пока не хватились.
Глава 9
Отыграв номер, музыканты взяли перерыв на пару минут. Какая же отборная ругань стояла неподалёку. Это Баян недвусмысленно выражался относительно нашего с Шумило исчезновения. В помещении, где я находилась, слышимость была отличной, будто разговаривают непосредственно со мною.
Зрение наладилось, и я разглядывала публику сквозь щели. Она была разношёрстной, как военные, так и люди в белых тогах. Один из зрителей отличался от остальных тем, что на голове у него был золотой лавровый венок. Неужели император? Но что он здесь забыл? Помнится, Алекс говорил, что повелитель почтил своим присутствием этот город, и его цель - уничтожить императора. Значит, муженёк здесь именно за этим? В каком облачении он на этот раз? Затерялся среди военных? Но разглядеть в зрителях кого-то знакомого я не смогла. Чёткости пока не хватало. Вот с помощью моей камеры и её зума можно было б. Эх, жаль, что нельзя снимать и носить с собой фотокамеру. Надеюсь, я её заберу с собой.
