Сталин хитро посмотрел на своего министра. – Помнится, меня в семинарии учили: «Бог дал человеку лицо, а выражение на нём каждый выбирает сам». Будешь говорить с американцами о нашем согласии, лицо-то не слишком довольное делай.
Молотов покраснел. Сталин намекал ему на его жену – еврейку Жемчужную. «Спиной, что ли видит…».
– А по поводу Лозовского, подумаю.
– Кстати, Иосиф Виссарионович, не грех вспомнить, что Михоэлсу в Америке тоже напоминали о тех кредитах. Мол, если еврейский проект в Крыму будет осуществляться, то проблема долга может быть решена в нашу пользу, да плюс «зелёная» дорога на очередные транши.
– Хм… Ты уверен, что Михоэлс не принял желаемое за действительность, чтобы обострить ситуацию?
– Трудно сказать… Может, и правда, ему напомнили.
Поздно вечером Молотов встретился с американским президентом. Вячеслав Михайлович сообщил ему о положительном решении Сталина в вопросе организации еврейской автономии в Крыму, при условии… Рузвельт тут же перебил Молотова.
– Да-да, непременно, господин министр. Я помню о моём обещании маршалу Сталину о выделении СССР кредита.
– Десяти миллиардов, господин президент, – на всякий случай уточнил Молотов.
– Да, конечно, сэр. Страну надо поднимать из руин.
На следующий день – 30 ноября 1943 года, ближе к обеду, союзники наконец-то дали советской делегации твёрдое обещание осуществить операцию «Оверлорд» в мае 1944 года. Ускорило решение союзников и заявление Сталина, что СССР после капитуляции Германии готов вступить в войну с Японией, даже, несмотря на наличие договора с ней о нейтралитете. Своеобразный расчёт русских за поставки американцами снабжения по Ленд-Лизу был утверждён: Рузвельт был очень доволен.
Но началась высадка союзных войск на атлантическое побережье Франции только в начале июня 1944 года. Почему с опозданием?.. Много причин, но и одна из них – американцы хотели убедиться, что после освобождения Крыма от немцев, Сталин сдержит своё слово и приступит к депортации татар за пределы Крыма.
Сталин выполнил своё обещание данное Президенту США.
В начале июня 1944 года войска НКВД вывезли с территории полуострова в Узбекистан, Таджикистан, Казахстан более двухсот тысяч крымских жителей многих национальностей, в том числе, и около ста девяносто тысяч татар. Полуостров был практически освобождён от них. К началу лета 1944 года в Крыму остались около полутора тысяч татар, воевавших против немцев, остались также русские, украинцы и евреи, всего не более четырехсот тысяч человек. Одно из препятствий для создания «Крымской Калифорнии» было устранено.
Чтобы не позволить американцам со временем взять всю территорию полуострова под свой контроль, с осени 1944 началось принудительное заселение полуострова выходцами из центральной части СССР: Воронежской, Брянской, Тамбовской, Курской, Ростовской областей. В Крым было срочно переселено несколько сотен тысяч русских и украинцев.
В феврале 1945 года, прибыв в Ялту на очередную встречу с главами союзных стран, Рузвельт имел возможность лично убедиться в отсутствии в Крыму мусульманского народа – татар, и прочих малых народов. Маршал Сталин сдержал слово.
Сталин смирился с неизбежностью создания еврейской автономии в составе РСФСР, и даже стал подыскивать её руководителя. На одной из встреч с ближайшими соратниками на этот пост весьма серьёзно стала рассматриваться кандидатура Лазаря Моисеевича Кагановича, бывшего в то время заместителем председателя Совнаркома.
Властные структуры страны поверили в серьёзность намерения Сталина в решении вопроса переселения евреев в Крым.
Вскоре, в Москве состоялась встреча американского посла Аверелла Гарримана со Сталиным и Молотовым. Американец долго сетовал на громадный урон понесённый СССР от Германии, что западная часть страны лежит в руинах, а потому, он гордо заявил: «Американское правительство подтверждает намерение инвестировать в экономику Советского Союза десять миллиардов долларов». Затем несколько помявшись, тихо добавил:
«Но, господа, в Крыму нужно образовать не автономию, а независимую от СССР еврейскую республику, куда могли бы переселяться евреи со всего мира».
То, что предвидел Сталин, случилось. Используя тяжёлое положение разрушенной страны в экономике, шантажируя обещаниями больших кредитов, американцы захотели распространить своё влияние на весь Крымский полуостров.
Молотов посмотрел на Сталина. Держа в руках потухшую трубку, он молчал. Но вот Сталин встал. Сделал несколько шагов по кабинету и, глядя в сторону Гарримана, тихо произнёс: – Мы обсудим с президентом Рузвельтом этот вопрос. Не думаю, что он в курсе дополнительных требований по еврейскому вопросу в Крыму. Так ведь я понимаю, господин посол?
Собираясь с мыслями, посол не ответил сразу. Сталин не стал ждать ответа американца – вышел. Аудиенция закончилась.
