– И ты не раздумывая жертвовала собой ради нас, – просипел он. – Почему? Почему тебе не плевать?! Мы никто тебе… совершенно чужие люди, а ты спасаешь меня, Мишу и папу, – он вздохнул – громко, протяжно. – Я не знаю, кем ты была, но ты моя сестра. Не Ярина – другая, но сестра. Я привыкну к этому… если сможешь простить и остаться.
И вот тут я не сдержалась, открыла глаза и дёрнулась. Накрахмаленное бельё подо мной заскрипело. Коля вздрогнул, и наши взгляды встретились.
– А волшебное слово? – нервно выпалила я.
– Какое? – нахмурился Николай, а затем поджал губы. – Прости… э-эм… а как тебя называть?
– Меня зовут Яара́ну, для близких – Яара или просто Яра, – сказала я, усмехнувшись. Лицо у братика вытянулось от удивления.
– Это шутка такая? – спросил он, прищуриваясь.
– Нет, никаких шуток, – серьёзно ответила я без тени улыбки. – Яара́ну Войту́ра – дочь последнего правителя Закатного Древа и последний генерал объединённой армии выживших. Неотвратимая, Неумолимая, Беспощадная – так прозвали меня люди.
– Как ты попала в тело моей сестры? – спросил он, сглотнув и отодвинувшись от меня.
– Я умерла вместе со своим миром, а Ольга Войтова притянула мою душу, пытаясь спасти дочь, – я села на кровати и с удовольствием спустила ноги на пол. – У меня есть несколько догадок, откуда она взяла описание ритуала, но это пока только догадки.
– Что ты делаешь? – недоумённо спросил Коля, когда я шагнула к угловому шкафу.
– Хочу сменить больничную сорочку на что-то более подходящее для графини Войтовой, которая вдруг пришла в себя, – пояснила я и начала перебирать комплекты с одеждой, которую отправляла на арендованный склад. – Если что, это ты меня из стазиса вывел, так как почувствовал каким-то родовым чутьём, что я восстановилась.
Коля не ответил, а я вынула из шкафа пару костюмов, задумчиво покрутила их в разные стороны и повесила обратно.
– Где мои доспехи? – спросила я у брата, обернувшись. Он старательно делал вид, будто не смотрит на меня.
– Ты собралась разгуливать по дворцу в доспехах? – Николай скривился. – Это неприлично.
– Я не гостья его величества, а раненый в бою воин, – пожала я плечами. – Не хочу снова надевать эти модные костюмы и вечерние платья.
– А придётся, – притворно вздохнул брат, озорно подмигнув мне. – Я слышал краем уха, что Войтовым пожалуют княжеский титул, а одну неугомонную особу наградят орденом за «спасение выживших в форпосте».
– Почему меня, а не тебя? – нахмурилась я.
– Потому что ты у нас Избранница Древних, твоё имя на устах у каждого, – Коля хмыкнул. – Не удивлюсь, если тебе присвоят звание Героя Империи.
– Бред какой-то… – пробормотала я, зависнув рядом со шкафом, так и не определившись с выбором одежды.
– Наш император очень мудрый человек, – с нажимом сказал Николай. – Ты открыла Святилище, сражалась с тварями, закрыла разлом на школьном полигоне. Если он не одарит тебя почестями, народ будет негодовать.
– Мне нужны доспехи, – твёрдо проговорила я. – Раз уж меня будут одаривать почестями за боевые заслуги, я не напялю на себя легкомысленное платьице, так и знай!
Препираться со мной Коля не стал, закатил глаза и пообещал, что доспехи доставят в ближайшее время. Пришлось напомнить ему, что помимо них у меня была парочка артефактов и оружие. Особенно сильно я хотела бы вернуть артефакт переноса, на что мой брат почти обиделся.
Уверена, что Николай пытался активировать его, но Триса настроила артефакт на меня и мою ауру, так что братику в любом случае не удалось бы им воспользоваться. Скрипнув зубами, Коля кивнул и вышел из палаты.
Спустя некоторое время зов жизни показал движение в коридоре. На мгновение я задумалась – не стоит ли мне продолжить изображать стазис, но возвращаться в кровать не хотелось. Належалась уже, хватит. Я села в уютное креслице и приняла достойную позу для встречи гостей. Через пару минут до меня донеслись голоса. Это точно не охранники и не целители.
– Волосы перекрасить, гардероб заменить, – жёсткий женский голос раздавал команды, пока я спокойно сидела в кресле. – Возьмите мерки с той одежды, что прислали родственники. Она должна выглядеть так, чтобы каждому было ясно – это будущая принцесса.
Да это же стилист, причём не простой, а придворный! Читала я про неё – Азалия Черепанова, та ещё фурия. Каким бы замечательным специалистом в индустрии моды и красоты ни была эта женщина, я не собираюсь покорно терпеть её авторитарные замашки.
– Но она же всё равно лежит… – возразили ей робко. – Хотя бы маникюр и педикюр можно не делать?
– Ты работаешь с аристократами из древних родов, Лена, – злобно процедила моя будущая мучительница. – И привести в порядок означает сделать всё по высшему разряду. Даже если она умрёт в процессе, ты будешь пилить ей ногти, поняла?!
– Да, госпожа, простите, – виноватый голос приблизился, как и цокот каблуков по блестящей позолоченной плитке.
Дверь распахнулась, и в палату ворвалась стайка девиц, замерших с открытыми ртами.
– А-а-а! – завизжала одна из них, когда я демонстративно поправила завязку больничной сорочки на плече.
– Ох, – шумно выдохнула другая.
