Она скуксилась и плотнее завернулась в плащ, бормоча что-то о том, что не хочет разгуливать в подобном виде.
— Ну вот, опять она меня заругала, — буркнул Зак, повесив голову, но уселся на место. Вот кто изменился даже больше Валанди. Казалось, что та уверенность, которую звездные отняли у нее, передалась Закнеылу. Он стал более разговорчив и позволял себе отпускать шутки.
— Кстати, Гин. Я же все ингредиенты собрала… — всё ещё с опаской обратилась Кая к туманному. — Почитай мне потом, что там с пропорциями и как делать.
— Хорошо, но давай этим займёмся вечером? — спросил Гин и улыбнулся, слушая возмущения солнечной. — Думаю, нам ещё нужно прийти в себя.
Кая не ответила. Обиделась. Той тут одежду предлагают, а эльфийка ещё и нос воротит. В рюкзаке оборотень также увидела то самое зелёное платье. Хотела предложить Валанди, но оно было ей мало.
Пока Гинтар улыбался, всё не отрывал взгляда от своей возлюбленной… Да, пожалуй, в душе он уже с уверенностью говорил это слово. В это время Кая вновь убежала в лес, но лишь для того, чтобы переодеться.
Вернулась она, пережёвывая травы, уже непосредственно к Закнеылу, перед которым опустилась на колени и здоровой рукой стала наносить кашицу. От неё пахло травами… даже слишком резко, явно не теми, что она наносила.
— А вас, мужчин, перестанешь ругать, как помрёте быстрее, — неуверенно улыбнулась лунная, таки решив ответить на последний комментарий.
Закнеыл с подозрением взглянул на лунную. Нет, тут точно было что-то нечисто. И дело вовсе не в чувстве вины — нос ведь его не подводил. Он схватил Каю за руку и притянул ближе к себе, дабы задать вопрос так, чтобы другие не слышали.
— С тобой точно все в порядке? — он не скрывал своего беспокойства.
Это было так неожиданно, что Кая испуганно дёрнулась и опёрлась второй рукой о его живот, поморщившись.
— Да что могло случиться-то? — делая из себя дурочку, эльфийка попыталась выдернуть руку, отводя взгляд — уж больно близко был Зак.
Он не стал удерживать ее силой, позволяя убрать руки, но внимательного взгляда не отвел.
— Тебе незачем со всем справляться самой, — он не знал, как правильно донести до нее свою мысль, поэтому больше не стал развивать эту тему. Зак позволил ей спокойно закончить перевязку.
Вскоре четвёрка вновь двинулась в путь. Гинтар настоял на том, чтобы нести Валанди на собственных руках несмотря на запреты со стороны Каи.
— Я поел, силы ко мне вернулись. Не переживай.
Гинтар всю дорогу пытался отвлечь Валанди от случившегося. Он задавал ей разные банальные вопросы, которые действительно его интересовали: какой любимый цвет? А любимый цветок? А какое хорошее воспоминание она помнила из детства… Так они и разговаривали, но время от времени он давал ей отдохнуть.
Кая вновь шла позади всех, но она чувствовала, что с ней стало твориться что-то не то. Всю дорогу она очень хотела пить. Руку жгло просто невыносимо, да ещё и пульсация в ране добавилась. Стоило до неё дотронуться, так всё тело пробивала острая боль. Но она молчала, всё же проигнорировав слова Закнеыла, надеясь, что сможет подобрать лечение сама.
— Родная, я должен поговорить с Каей, — вдруг прошептал Гинтар, крепко целуя солнечную в висок. — Я на две минуты оставлю тебя, не больше.
Кая же при этих словах как-то даже испуганно посмотрела на Гинтара, но повиновалась, когда эльф встал и пригласил её отойти глубже в лес, подальше от остальных.
Когда они ушли на достаточное расстояние, Гинтар остановил Каю, осторожно взяв за край плаща, а когда она развернулась, туманный медленно встал перед ней на колени и низко склонил голову. Он не постеснялся бы это сделать при Заке и Валанди — ему было не стыдно просить прощение, но это слишком личное.
— Прости меня, — не поднимая головы сказал Гинтар. — Я не знаю, что тогда… Нет. Я знаю, но…
— Всё нормально, — отмахнулась оборотень. Ей, конечно, было неудобно от такого уязвимого вида туманного, но она смолчала и просто отвернулась от него.
— Нет, Кая. Я наговорил тебе гадостей. А ты ещё и поверила мне, глупенькая. Ты не виновата. Ни ты, ни Зак. Я… Помнишь, я три года назад рассказывал тебе о том, что в детстве был…
— Неуравновешенным? — таки перевела на него взгляд Кая.
— Именно. Боюсь, магия Сектара дала слабину. Да и маленьким брат был, когда накладывал на меня это заклинание. Это единственное, как я могу объяснить своё дикое поведение, — Гинтар чуть поднял голову, но его глаза всё равно не смели подниматься выше живота подруги. Он ненадолго замолчал, что-то обдумывая, потом добавил: — Я подозреваю, это началось ещё на балу. Я помню, что тоже стал странно себя вести, когда Валанди… заплакала из-за меня.
Кая долго пыталась просверлить взглядом в друге дыру, будто испытывая на ложь, ища хоть какой-то подвох в его словах. Неизвестно зачем. Может, в плохое просто всегда верится легче? Гинтар не смел подниматься с колен до тех пор, пока Кая не позволила. Но вместо разрешения, она опустилась перед ним точно так же и, обняв здоровой рукой, уткнулась в шею.
