— Ты полон сюрпризов. Парень твоего возраста, и отвергает женщин? Наверное, в этом что-то есть, — размышляла я, ставя свой бокал на место.
— У тебя не правильное предположение. Что если я не интересен женщинам? — произнес Самуэль, слегка пожав плечами.
- Тогда все женщины в Тристеноле должны быть слепыми, — фыркнула я. — Иначе я не могу представить, почему бы им не заинтересоваться парнем, который стоит греха, — добавила, не понимая, что именно говорю.
— Стоит ли грешить, Ваше Величество? — Весело спросил Самуэль, и я, наконец, поняла, что сказала. Почувствовала, что мои щеки покраснели, но постаралась сделать вид, что все в порядке.
— Скажи это где-нибудь на публике, и я буду все отрицать, — защищалась я, чем только рассмешила Самуэля. Поэтому быстро вернулась к своему предыдущему плану и продолжила задавать вопросы. — Когда ты говоришь, что не интересен женщинам, ты подразумеваешь, что совершенно неопытен?
— Твои мыслительные процессы навсегда останутся для меня загадкой. Я действительно не знаю, как ты сделала вывод о моей неопытности на основании информации о том, что у меня нет партнера, — улыбнулся Самуэль, его глаза искрились весельем.
— Так и есть, — невинно подмигнула. Однако Самуэль молчал, и я дала волю своему воображению. — Я не могу представить, что ты из тех мужчин, которые соблазняют женщину просто ради удовольствия. Но в то же время, очевидно, что тебе не нужна женщина для жизни, и ты счастлив без нее. Я могу сделать только один вывод. Ты приобрел опыт, будучи соблазненным.
Самуэль по-прежнему ничего не говорил. Я наклонилась к нему и попыталась сделать чувственный голос. — Скажите, господин Антарес, Вас трудно соблазнить? — Я подняла бокал и наблюдала за неподвижным лицом Самуэля сквозь стекло.
— Есть только один способ узнать это, — ответил он тем же тоном. — Но я чувствую, Ваше Величество, что у Вас не хватит на это смелости, — улыбнулся он, наклоняясь ближе. Я зачарованно наблюдала за ним, пытаясь придумать подходящий ответ. От размышлений меня отвлек короткий стук, после чего в комнату вошел Тривет.
— Наверное, я должен предупредить Вас, что Лиза имеет склонность соблазнять своих друзей после определенного количества алкоголя, — произнес он внешне невозмутимым тоном, и я сразу вспомнила наши рождественские посиделки на балконе.
— Ах! Я и понятия не имел, — сказал Самуэль с наигранным удивлением. — Как Вы думаете, мне хватит вина, или лучше налить ей что-нибудь покрепче?
Тривет застыл как соляной столб, а я начала смеяться.
— Мои извинения, герцог. Постоянно находясь рядом с Лизой, я забываю о своих манерах, — добавил Самуэль через минуту.
— Я не виню Вас, господин Антарес. У меня у самого такая же проблема, — понимающе улыбнулся Тривет. Я неподвижно сидела в своем кресле, непонимающе наблюдая за ними.
— Герцог? Господин Антарес? Надеюсь, вы шутите. Самуэль, Тривет. Тривет, Самуэль. Вот и все, можете начинать, — повторила я, слегка раздраженная. Они оба удивленно посмотрели на меня. — И попробуйте протестовать, — добавила, допивая остатки вина.
— Лиза, мы даже не знакомы, — осмелился заговорить Тривет, но мое выражение лица тут же остановило его.
— И разве это такая проблема — узнать друг друга? Разве тебе не достаточно того, что я считаю вас обоих друзьями? А вы не можете попробовать? Для меня? — спросила в отчаянии, желая заплакать. Я мысленно проклинала свои дурацкие гормоны, прекрасно понимая, что в другое время я бы не расстроилась. — С меня хватит. Я постоянно притворяюсь. Изображаю из себя неумеху. Я не королева. Я Лиза. И я могу быть только такой в этих комнатах. Пожалуйста, не приплетайте сюда светский этикет. По крайней мере, позвольте мне его игнорировать. И если не можете с этим справиться, лучше оставить меня в покое. Я сама с этим разберусь.
Я закончила свой бессмысленный монолог, вытирая слезы, которые нашли свой путь. И Тривет, и Самуэль выглядели смущенными.
— Это был не придворный этикет, а манеры. Но я не думаю, что тыканье должно быть проблемой. Что скажешь, Тривет? — Самуэль заговорил спустя мгновение. По тону его голоса поняла, что ему не по себе от этой ситуации, но ради меня он собирался попробовать. Я благодарно улыбнулась ему.
— В этом ты абсолютно прав, Самуэль, — спокойно добавил Тривет, который, казалось, не возражал против такой смены. — О чем вы двое говорили до того, как я ворвался? — спросил он, усаживаясь на свободное кресло.
— Я пыталась выяснить у Самуэля, почему у него нет жены, — ответила с легкой улыбкой.
— Мне искренне жаль тебя, — произнес Тривет в сторону Самуэля, который только пожал плечами.
— Вина? — Он спросил вместо ответа, и Тривет с благодарностью принял кубок. — Кстати, в твоем состоянии не стоит пить, — добавил Тривет, и мне стоило большого труда не закатить глаза к потолку.
— Что всех так беспокоит? Есть вещи и похуже, чем немного вина, — возразила, стараясь не показаться обиженной.
— Ну, теперь это точно не имеет значения, — добавил Тривет. — Кстати, я пришел сюда не случайно, — добавил он.
