Бьяртмар проверял меня каждый вечер. Сначала все выглядело многообещающе, но чем больше информации я узнавала, тем сложнее мне становилось в ней ориентироваться. Пока мы придерживались общей информации, я могла отвечать. Но стоило мне перейти к герцогским семьям и их родословным, как я терялась. На стенах моей комнаты висели родословные, и я каждую ночь читала их как поэму. Герцогские семьи Трант, Кувельт, Силони и Бранган становились моим кошмаром. Пожалуй, только Бранганы были мне симпатичны тем, что их семья не была разветвленной и имела только одну прямую линию потомков. Но в то же время я ничего не понимала. Достаточно было одной болезни или несчастного случая на охоте, чтобы вся семья вымерла. Честно говоря, подумала я, только идиот мог допустить подобное. Что в итоге помогло мне вспомнить их герб, на котором изображен пратур. (Пратур — вымерший представитель рода жвачных животных семейства туровских или по простому — быки). Мне пришлось изобретать свои напоминалки для других семей. У Кувельтов был черный орел на серебряном фоне. Они казались мне хищниками, которые достигли известности, женившись на членах герцогской семьи. Силонцам, похоже, нравилось напоминание о том, что их богатство пришло благодаря земледелию, поэтому они поместили в свой герб три золотых колоса зерна. У Трантов был самый простой и красивый герб — пятилепестковая роза, для запоминания которой мне не понадобилась помощь.
Поскольку я была готова посвятить весь день учебе, вечером я настоятельно требовала отдыха. После отчета перед Бьртмаром хотелось все бросит, уйти и ни о чем не думать. К счастью, Грег жил в первом полукруге прямо напротив Бьяртмара, а поскольку в его столярную мастерскую можно было легко попасть, мне оставалось только забежать туда, сесть где-нибудь в сторонке и наблюдать за его работой. Мне было комфортно с ним. Он был единственным, с кем я могла молчать и наслаждаться тишиной между нами.
Все время, пока я училась, один вопрос не давал мне покоя. Однажды вечером после очередного экзамена я не выдержала и спросила.
— Знаете, я одного не понимаю. Вы оторваны от мира. Вы прячетесь, чтобы выжить. И все же у вас есть информация о каждой герцогской семье. Как вы вообще до них добрались? — пробубнила я Бьяртмару, который одарил меня восхищенной улыбкой.
— Я догадывался, что ты об этом спросишь. И я рад, что ты обо всем думаешь, — начал он, очень было приятно услышать его похвалу. — Часть информации осталась от первых жителей Талрона. Время от времени кто-то из мужчин осмеливался покинуть безопасное место и отправлялся в Алдорму, чтобы объявить правду о выживании принца Августа. Крупицы информации собирались там. Дополнительная информация была получена благодаря союзу с герцогством Адар. Они приняли королевских отпрысков, чтобы дать им достойное образование. Никто не знал, когда наступит время возвращения на трон, но все хотели быть готовыми. Последним человеком, посетившим Адар, был Александр. Отец Маргариты. А еще есть жестянщики. Они единственные, кто торгует с нами. Они охотно покупают у нас меха и мази Брана.
— И как они вам платят? — спросила я, недоумевая.
— Будешь удивлена, когда узнаешь сколько всего такой жестянщик слышит в городах, — спокойно ответил Бьяртмар. У меня не было выбора, кроме как поверить ему. — И не надо забывать о людях, попадающих в Талрон. Мы многому у них научились. Так что, видишь, мы не полностью отрезаны от мира. И именно поэтому я верю, что наш план может быть успешным.
Я не хотела спрашивать о его планах. Но, в конце концов, любопытство победило. И, как я и ожидала, ответ мне не понравился.
— Мы представим тебя ко двору, — сказал Бьяртмар, и я ахнула от удивления.
— И как Вы это себе представляете??? — произнесла я, оправившись от шока.
— Скоро состоится бал, который устраивает король. Думаю, это подходящий случай, — улыбнулся Бьяртмар.
— Не лучше ли дать мне веревку и показать крепкое дерево? — ответила я, даже не пытаясь скрыть ироничный тон в своем голосе. — Как Вы думаете, в чем я туда пойду? В льняной рубашке и заплатанной юбке? — злилась я.
— С платьем проблем не будет, — ответил Бьяртмар, даже не потрудившись объяснить мне.
— И танцевать на балу. Я умею танцевать, но, полагаю, придворные танцы — это нечто совершенно отличное от того, к чему я привыкла, — продолжала я.
— Этому легко научиться, — возразил Бьяртмар, и меня постепенно начало раздражать, что у него на все есть ответ.
— А как насчет волос? Я не пройду дальше первой деревни, и меня казнят на месте! — Привела самый сильный аргумент. В этот момент я сделала паузу, потому что меня осенило.
Как это возможно, что мои волосы все еще рыжие? — подумала я.
Я думаю, что безопаснее оставить волосы навсегда рыжими, ответил Фрундор.
Почему это должно быть безопаснее? не поняла я.
Как бы ты повела себя, если бы в деревню приехал кто-то, чей цвет волос тускнел бы день ото дня, пока полностью не изменился? — Фрундор ответил вопросом на вопрос, и я, наконец, поняла, от чего он меня защищал.
