— Поздравляю с выигрышем, — сказал Кросс, сидя у себя за столом. — Сегодня обстановка немного нервная, у нас тут найдена целая команда шулеров. Конечно, заявление на них напишем, но, думаю, этим будут заниматься ваши коллеги, а не вы.
А может, и мы, если этих шулеров в процессе прикончили или покалечили. Впрочем, перед выборами Кросс старался не рисковать, и всех мошенников в своём казино просто сдавал в милицию без лишних действий.
— У меня своя работа, — я сел на стул. Он чуть скрипнул подо мной.
— Мои коллеги сообщили, что вы задаёте вопросы по поводу недавних убийств, — спокойно продолжал он. — Хочу заверить, что мы занимаемся легальным бизнесом, настолько легальным, насколько это вообще возможно в нашем государстве, и к этим убийствам отношения не имеем никакого.
— А что насчёт Сафронова? — спросил я.
— Он не мой человек, — отрезал Кросс.
— Да? — протянул я. — А ведёт себя здесь, как главный.
Он даже не дёрнулся, но я всё равно заметил, как ему такие слова не понравились.
— Он — игрок, потерявший осторожность, — медленно сказал Кросс. — Казино каждый вечер предлагает ему закончить с игрой, чтобы не проигрывал большие суммы, но он действует по-своему. Но мы за человека не решаем — он в своём праве.
— Но как-то же он с вами работает?
— Он наш деловой партнёр в прошлом, ныне у нас нет общих отношений. Он подался в политику, но, учитывая его связь с мошенниками, я бы за него не голосовал, — Кросс улыбнулся. — В наших и в ваших интересах голосовать за другого кандидата.
Он показал на бутылку, стоящую на столике. На ней был изображён сам Кросс в пиджаке. Такие бутылки уже продавались по всему городу.
— Я же знаю, как тяжело вам работать, поэтому, когда я стану мэром, в городе всё будет иначе, — произнёс Кросс. — Займусь преступностью, уже не будет внезапных разборок с битами, когда кого-то избивают на улице или раз — и пришьют прямо дома.
Та-а-а-ак, он явно говорит про эти два случая, буквально их и описал, да и выиграть мне дал он не просто так. Да и что ему моя победа? Деньги-то не его, а Сафронова, тот их проиграл. Но спросишь явно — сделает непонимающий вид и скажет, что без адвоката не выдаст и слова.
— Но не все кандидаты у нас честные, — сказал Кросс, хитро глядя на меня. — Кто-то связан с братвой, кто-то — с коррупционерами во власти, а кто-то — с отелями и гостиницами…
Но едва я хотел переспросить, что он имел в виду, как Гордеев поднялся, а дверь в кабинет открылась, внутрь вошёл охранник.
— Вас проводят, — Кросс показал рукой на выход. — Можем дать вам машину. Безопасность наших гостей — наш главный приоритет.
— Уеду на такси.
Ладно, лучше передам всё Турку, это явно предназначалось для него, ну и отцу, он тоже может понять. Ну а я своей стороны точно уверен, что хитрый Кросс сдал мне Сафронова, пахан «Универмага» явно понял, что я пришёл не просто так, и увидел в этом шанс избавиться от чем-то опасного для него знакомого.
Я не стал задерживаться и, выйдя из кабинета Кросса, отправился на кассу. Работай я в РУОП, вгрызся бы в этом дело так, что не оторвали бы. Но у меня куча другой работы, и в первую очередь надо поговорить с тем пацаном с порезанными руками, пока его не угнали куда-то. Надо ехать к Толику.
Улыбающаяся девушка на кассе засунула стопку долларов в машинку, и та с шумом пересчитала все купюры. Я сразу разделил выигрыш на две части, чтобы вернуть тысячу Турку, а остальное оставил себе, только обменял полтинник на рубли, чтобы расплатиться с таксистом, и пошёл на выход.
Идти по ночи опасно даже мне, у казино всегда караулят победителей, чтобы поживиться с них чем-нибудь. Универмаговские, конечно, гоняли отсюда всякую шелупонь, но всё равно можно крепко встрять.
Я перешёл через дорогу, прошёл мимо «Форда», на котором сегодня приехал Турок, дошёл до дома, и там увидел хорошо знакомая мне белая «Газель» без номеров. Оттуда выглянул мужик в вязаной маске.
— Здорово! — бросил он. — Без Сан Саныча?
— Без него, он род продолжает, некогда ему.
ФСБшник громко засмеялся и скрылся в машине. Силовых оперативников я в лицо почти не знал, они чуть ли не всегда были в масках, но вот они меня запомнили.
— О, мы вас слушали! — воскликнул довольный Турок. Сегодня он не в костюме, а в бронежилете с разгрузкой. — Как ты Сафронова чуть до слёз не довёл, и как он выскочил, тоже видели. А потом — раз, и всё пропало! У Кросса в кабинете глушилки стоят.
— Кросс звал на рюмку чая, но ничего не налил, — пошутил я. — Взятку предлагал, но не дал, а ещё намёками бросался.
— Какими? — он перестал улыбаться.
— Говорит, кто-то из кандидатов связан с братвой, кто-то — с коррупционерами, а кто-то — с отелями и гостиницами…
— Оба-на! — Турок хлопнул в ладони. — Вот оно чё! Сдал с потрохами!
— Ну, значит, полезная инфа. Похоже на то, они друг друга не любят. Сафронов нарывается, ходит сюда, выделывается, а Кросс его побздёхивает за что-то. Возможно, есть компромат.
