— Никогда не пробовал, — признался криминалист. — Но раз зовут, чего бы и не попробовать в хорошей компании? Вот, на стул садись.
Сева сел перед камерой и выпрямился. Освещение хорошее, зелень в глазах хорошо заметна. Кирилл щёлкнул фотиком, чего-то пошаманил и вскоре убежал, заперев салон. Витька всучил Севе броник и тоже свалил — с утра Шухов озадачил его поездкой в район.
— Ладно, погнал я, — снайпер пожал плечами.
— Слушай, а чего у Сафронова интересного было? — спросил я. — Ты же остался тогда.
— Пока всякую хрень чешет, — ответил тот, повернувшись ко мне. — Но к людям присматривается, кого-то к себе ближе подпускает. Наблюдаем. Ладно, погнал я, — повторил он и хмыкнул.
— А ты работаешь?
— Ну, грузчиком иногда подрабатываю, — Донцов пожал плечами и чуть сощурил глаза, думая, чего я до него докопался. — Пока ничего серьёзного не нашёл.
— А что хочешь делать?
— Мразей мочить, — он усмехнулся, мол, это шутка такая. — Чего я и вписался в вашу тему, глядишь, падлу эту выловим.
— Ты смотри, — я выдержал его тяжёлый взгляд. — Мразей-то мочить ты, может, и хочешь, да вот только пуле пофиг, кого убивать. Особенно пуле 7–62 из СВД. Раз — и кого-то другого задела, а в городе такое возможно, людей много, наповал сразу прибьёт. Что тогда делать будешь? Так что не особо это может быть интересно, как ты думаешь.
Сева опешил и будто даже вздрогнул, будто как-то понял, чуть ли не няву увидел, что с ним может случиться. Не, вряд ли, может, просто, воображение у парня хорошее. А может, подвязать его уже хотели под какое-то дело, просто молчит. Снайперы ценятся, и братва наверняка про его навыки боевые в курсе.
— В милицию иди, — продолжал я. — Витёк поможет устроиться и я слово замолвлю.
— Не, — он замотал головой. — Не хочу, дурдом у вас. А я человек умный, у вас не задержусь, ха-ха.
— Да ты шутник, Донцов. А готовить любишь? В пельменную могу устроить.
— Да я себе-то пельмени ленюсь варить, — Донцов снова засмеялся, расслабившись. — Сухомяткой прорываюсь, хлеб с «Рамой» да кофе растворимый.
— Ну, язву только не заработай, дело серьёзное.
— А вообще, — Сева задумался, и «бутылочный» взгляд потеплел, стал живым. — Вот на компьютере бы работать научиться. Раз всего за ним сидел, понравилось.
— Хм, перспективное дело. Посмотрю, если что подвернётся, подскажу. Но сейчас ты один не ходи, всегда с кем-то, понял? А броник и плотный воротник — твои лучшие друзья. И кто-то из нас будет крутиться поблизости, потому что никогда не знаешь, когда эта падла себя проявит. Сам главное — не потеряйся, на виду держись, раз согласился. А мы прикроем.
— Да пацаны-то всегда рядом. Ладно, — он хмыкнул. — Теперь точно погнал я.
На прощание он даже протянул мне руку, а потом пошёл к стоящей рядом с Универмагом «Ниве», там как раз сидели Андрей и Егор из «Орловских».
Сегодня за него отвечает Витька, завтра я, потом — Устинов или Якут. И Толик, когда выпишется, тоже поможет. Жалко, чекисты свалили, как раз попросил бы прикрыть его, у них-то возможности для наблюдения намного лучше, чем у нас.
Планов для работы — вал, но и изменялись они быстро. У крыльца ГОВД собрались опера из РУОП. Все вооружённые, лица хмурые, решительные. Батя сразу меня заметил и махнул рукой.
— За кем поехали? — тут же спросил я.
— За Сафроновым, — он аж выдохнул, а в глазах мелькнули азарт и решимость. — Крепить хотим.
— Есть за что? — его азарт передавался, как всегда, и мне.
— Скоро будет, — батя закивал. — Нашли лёжку тех типов, кто в вас тогда стрелял в доме Артура. Залегли в городе у блатных, будем их брать, а они показания на Сафрона сто пудов дадут, потому что приезжие, а не его головорезы. Вот, только людей у нас для этого мало, помощь ищем.
— Тогда я с вами, — сказал я. — А как вы на них вышли?
— Да впервые у нас такое, — отец усмехнулся. — Вот, в дежурку зайди, сам увидишь.
Отец если и преувеличил, то совсем немного. Такое и правда у нас бывало крайне редко, потому что заявления на банды народ писать не любил, и понятно почему. Заяву отработают далеко не сразу, могут вообще отложить в долгий ящик, а вот опасных для жизни проблем можно заработать целую пачку — и сразу же.
Но сейчас заявление написали. Неподалёку от дежурки переминалась парочка: тощий модный парняга в гладкой кожанке и рыжая девушка в коротком пуховике с меховым воротником и в юбке поверх тёплых колготок, почти зима ведь на дворе. Оба мне смутно знакомы. Как-то их встречал, вот вспомнить бы — то ли в первой жизни, то ли уже во второй, хотя городок небольшой, много где мог случайно пересечься.
У парня на левой скуле — свежая ссадина, похоже, от удара кулаком, девушка цела, она крепко вцепилась парню в локоть, и оба как-то подозрительно поглядывали на меня, пока давали показания. Их прямо в «предбаннике» допрашивал милицейский следак Лапин, и я коротко прислушался к разговору.
— И чё дальше? — нехотя спрашивал следак, что-то черкая шариковой ручкой на листе.
