Варгр шумно выдохнул. Нойли! Впервые забыл ей перезвонить! Нервно взъерошил волосы и сел:
— Привет, милая, — стыд грыз всё сильнее. — Ты как? Дориан очень разозлился?
— Нет, всё отлично, — выдержала паузу Нол. — Ты не перезвонил. Всё нормально?
Провалиться сквозь землю!
— Да, — придал голосу лёгкости.
Вновь повисла тишина. Неудобная, волнительная — неприятно щекочущая нервы.
— Как байкерша? — нарушила Нойли молчание — недовольство сквозило в каждом слове.
— Нол, не ревнуй! — насилу усмехнулся Варгр. — Слушай, у меня разговор к Лайму. Когда он прилетает?
— Через пять дней, а что случилось? — взволновалась она.
— Да так, — отмахнулся, как можно беспечнее. — Хочешь встретиться?
— Я… — замялась Нойли, — звоню сказать, что уеду на пару дней. Мареши предложили выходные провести у них. Отцу сообщила, и чтобы это не стало новостью для тебя, решила предупредить.
Простое и понятное, только что разложившее по полочкам отношение к Нол — она как сестра, не более — вновь стёрлось. Вспыхнуло старое, незыблемое — быть с ней! Неуправляемая ревность накатила будто снежная лавина. От негодования затрясло. Нойли с Дорианом! Призналась, чтобы уколоть больнее! Контролировать эмоции невозможно — переизбыток разрывал. Альва опять подлила масла в огонь. Словно ощутила угасающие чувства и позвонила укрепить чары. Слов нашептала — околдовала голосом… Бурлящая кровь, хлынула в голову, дымка безумного гнева затмила разум. Варгр, вскочив, с силой швырнул трубку в стену. Мобильник с треском разлетелся на осколки. Злость и собственное бессилие душили. Посмотрел на руки. Кожа, натягиваясь, скрипела. Вены вздувались до размера на грани лопнуть. Кости с хрустом ломались, принимая другую форму… Несколько секунд… Варгр оглядел комнату тепловым зрением — пусто, но зато боль утихала. Потоптавшись, протиснулся в открытое окно и помчался прочь. В лес! Найти успокоение, охота принесёт мир в душу.
Варгр мчался по лесу не жалея сил. Тело звенело от удовольствия. Мышцы, вены, жилы. Звериная сущность ликовала. Лапы мягко пружинили на серо-зелёном мху, устилающему землю. Шальной ветер обдувал морду, принося запахи чудного мира… Сладковатые, еловые, с нотками мускуса живности. Не только братьев с резкими, терпкими — стая вышла на охоту, огромные серые фигуры мелькают между деревьев — но и мелких зверей… Попряталась в норы, испугавшись монстров. Глаз ни разу не зацепился даже за удирающие пятки зайцев или лисиц. Только птицы, взволнованно прощебетав, взмывали с веток, перелетая на другие, и белки с куницами по деревьям шмыгали. Лесной дозор! По цепочке передавали — хищники идут… Но оборотни всегда найдут, кем перекусить, кого загнать, на ком сорвать злость, снять напряжение, отточить навыки охоты. Излюбленное лакомство — олени, лоси. Сильные, мощные, быстрые. По одиночке — лёгкая добыча, а стадом весьма опасные.
Невдалеке, чуть позади, маячил тёмно-серый сородич. Рагнар. То и дело кидал недобрые взгляды. Варгр оскалился. Понятно, чем не доволен вожак — брат опять не соблюдал субординацию, бежал впереди всех. Плевать! На место лидера никогда не рвался, но и пресмыкаться не по нутру. К тому же всегда таким был, пора уже привыкнуть! Если настолько глаз намозолил, решит поговорить — к его услугам. Только сейчас не до этого.
Хотелось большего, чем прогулка, ведь облегчение так и не приходило. Впервые в личине зверя раздумья не ушли, не растворились, уступая место животному азарту, мучили, доводили до исступления. Нойли, Дориан, Катя… всё запуталось, смешалось, мир перевернулся с ног на голову. Чувства — наколдованы. Близкие — лживы. Нутро — разрывается. Семья — не удерживает. Бросить все, умчаться, куда глаза глядят, навстречу звериному рассвету. Двадцать лет цепным псом в Кренсберге ждал манны небесной. Безоблачного счастья с Нол! Напускное, чуждое. Гнули, ломали в стороны, подавляли волю. Принуждали быть там, где не хотелось. Быть тем, кем не являлся. Быть с тем, с кем ничего общего — интересов, взглядов… Уже тридцать четыре, а толком ничего не понял, не добился. Богатство волнует меньше всего, душевное равновесие бы обрести. Чтобы всё чётко и ясно. Уже тридцать четыре, а толком ничего не понял, не добился.
