– Прокофьева мне не нужна! Но это дочка того самого Прокофьева, который устроил тебе это место в министерстве. Та самая Прокофьева, которая училась в вашем институте на технологическом факультете. Потом, она бегала к тебе в общежитие и тебя с ней часто видели на дискотеке. Ты думаешь, я забыла ту длинноволосую брюнетку, с которой ты спал во время первомайской демонстрации и про которую ты мне сказал, что это совсем не то, что я думаю. Так кто же она тебе? Сокурсница? Подружка? А может быть, это она – твоя невеста? И почему её папаша – влиятельный и богатый человек, председатель распределительной комиссии, профессор, отдаёт единственное и самое престижное место распределения какому-то Севе Боброву – простому провинциальному пареньку из ярославской глубинки. Так, что ты мне на это скажешь?
– Я уже говорил тебе, Маша, что она мне безразлична, – процедил он недовольно сквозь зубы. – Я уже говорил тебе об этом. Много раз.
– Но не ты ей! Это я тебе точно говорю. Она опутывает тебя. Это аванс, Бобров. И тебе придётся расплачиваться за мой счёт. За мой счёт!
– Я и не предполагал, что ты можешь быть такой злюкой. Мы же договорились, что больше не будем вспоминать о том случае. У всех бывают необдуманные, случайные проступки, но всё это уже в прошлом.
– Нет, Бобров, не у всех! У меня их не было, потому что я люблю тебя, и все свои поступки я определяла только с этой позиции. Я никогда не старалась причинять тебе огорчений, зато ты преуспел.
– Ладно, Мария, хватит! – миролюбиво, но достаточно решительно остановил он её. – Ну, хватит, я устал от твоих нравоучений. Почему бы нам не воспользоваться свалившейся манной небесной, а? У них могут быть свои планы, а у нас свои. Я не хочу с тобой ссориться. Ну, в чём я виноват? Я же не жил, как ты, в тихой и мирной обстановке, среди любимых, родных и заботящихся о тебе людей. Общежитие есть общежитие. Там свои правила, свои законы, пойми меня, всё это уже позади. Ну, не мог же я закрыться от всех и жить как монах – отшельник в скиту. Там бы этого не поняли. Представь себе, что было бы, если бы и ты жила в общежитии…
Конечно, он оговорился и сразу понял, что сказал глупость и испугался, что она его именно так и поймёт.
– Прости, Мария, я не так выразился, ты меня не так поняла.
Но было поздно. Она побледнела, и это было очень заметно.
– Именно так я тебя и поняла, – едва слышно сказала она. – Спасибо.
– Мария…
– Здравствуй, Мария. Вот я и приехал.
– Здравствуй, Сева. Проходи в дом. Пальто можешь повесить вот сюда, пошарь там вешалку, – она показала рукой на угловой стенной шкаф и ещё раз вежливо пригласила в дом. – Проходи. Прости, но прислугу не держим.
Он заметно улыбнулся её последней фразе, но ничего не ответил. Из аккуратной прихожей он прошёл в очень большую и тёплую гостиную. И чистота и консервативность обстановки были под стать характеру Марии.
Боброва удивило отсутствие её мужа. Он хотел спросить, но промолчал и, проигнорировав приглашение сесть за стол, уселся молча в углу комнаты, на край большого и уютного дивана.
Проводив его взглядом, Мария села за стол, покрытый очень красивой накрахмаленной белой скатертью. Они немного помолчали. Первой заговорила Мария:
– Ты был у нас? В Покровке?
– Да, Мария, – обрадовано ответил он. Она заговорила об общем, и это ему показалось хорошим признаком. – Твоя мама сказала, что ты живёшь здесь, что ты замужем, но она не знала твой точный адрес. Так она сказала. Наверное, не хотела мне его давать.
– Как она? – спросила Мария, пропустив мимо ушей последнюю реплику. – Как она себя чувствует? Как ты нашёл её? Я не видела её с лета.
– Она здорова. Я рад за неё. Она почти не изменилась. Просила кланяться. Мы были на кладбище, помянули твоего папу, мою маму. Я в Покровке был не долго, переночевал у Аркадия. Утром посмотрел его комбинат, потом заехал к Насте в Ярославль, посмотрел, как она живёт, видел её очаровательных детишек. Вот и всё.
– Всех увидел, молодец. Ты давно приехал?
– Сюда? Сегодня утром, я был по твоему старому адресу, мне дали твой телефон.
– Я сюда переехала совсем недавно, и еще даже не успела сообщить маме свой новый адрес. Как ты понимаешь, она не хочет переезжать к нам.
– Да, я догадался. Она мне говорила об этом и я её понимаю. Твой отец был прекрасным человеком, и я представляю, как его ей не хватает.
– Не только ей, – грустно сказала Мария. – Мне тоже не хватает папы.
– Конечно. Я не так выразился, всем нам его не хватает. Он много сделал для меня, когда мы учились в школе. Ты же помнишь об этом. Если бы не твой отец, скорее всего, я стал бы этаким заурядным бандитом. А их сейчас и без меня хватает, кажется.
– Не греши на себя, Бобров, – успокоила она его. – А на чём ты приехал?
– Я на машине. В Москве сейчас много французских представительств, у меня там много друзей и мне даже не пришлось брать машину на прокат. Просто взял на время.
– Хорошо. Тогда я, пожалуй, оставлю тебя ненадолго одного. Скоро будем ужинать, Сергей уже едет, подождём его немного. Сергей – это мой муж.
– Я догадался, Мария.
