МНОЖЕСТВО ПИСЕМ пришло мне после публикации рассказа «Семейная сцена». Особенно задели женщин фразы: «Женщина должна знать своё место» и «Главная забота женщин – загнать мужа в могилу, а потом говорить, что он был лучше всех». Всколыхнулись. «Мужчина сейчас отстаёт от женщин в развитии», «Вы хотите нас приковать к плите», «Товарищ автор, очень ворчливая у вас жена?», «Любовь и счастье – сферы общественного сознания, а вы написали галиматью», «Мы перестали быть тенью мужчин, мы сами способны отбрасывать её».
Безполезно, сто раз безполезно говорить, что у женщин своё место, и место очень тяжёлое. Но ведь и у мужчин своё место, и ещё потяжелее. А если женщина омужичится, а мужчина обабится, кому будет легче?
МИР ВО ЗЛЕ ЛЕЖИТ? Да кто его в это зло укладывал? Сам, как свинья, во зло, как в лужу, улёгся и лежит, хрюкает. Чем плохо свинье в грязи?
Поди докажи бандюге, что не так живёт, что грешно грабить, стыдно в шампанском с бабёнками плескаться. Ему и ботинки лижут. Вот и скажи, что будет его язык языки огненные лизать, в кипящей смоле ему трепыхаться. Атаман Кудеяр был один на сто тысяч. Раньше хотя бы юродивые обличали, сейчас где они? Если есть, кто боится их обличений?
В ранние века христианства не начинали причащаться, пока не было над чашей видимого схождения Духа Святого на Святые Дары. Сейчас, конечно, не меньше спасающихся, и не виноваты они, что им досталось такое время. Господи, спаси и сохрани!
ГРОЗА УСТАЛА. Гром, затихая, ходит вверху по сфере шатра небесного, ищет выхода, не находит, замолкает. Копит силы, возобновляет поиски. Ему подсвечивают слабые молнии.
До грозы хотел записать две фразы, которые когда-то благотворно подействовали на меня, гром и молнии отвлекли, и боялся забыть. Нет, помню.
Человек начинает умирать с момента своего появления на свет. Первым своим криком, а этот крик необходим, чтоб лёгкие заработали, убивает частичку нервных клеток. Но клеток этих столько даёт Бог, что их и за всю жизнь не израсходовать. Их даётся четырнадцать миллиардов, а расходуем чуть-чуть процентов. Так что смиримся с правилом: раз мы родились, значит, умрём.
Опять надо мной гром. Видимо, у него последняя попытка уйти за пределы неба. И вот думаю, глядя на церковный купол, освещённый закатным, ушедшим от меня солнцем, что же я познал в этих процентах? Понял главное – Господа, сотворившего миры видимые и невидимые, и Его власть надо мной и над подобными мне… То есть понял главное.
ДЕНЬГИ ЕСТЬ – охота жениться, денег нет – придётся разводиться. И ещё: Девушка злится – хочет замуж идти, жена злится – надо разводиться.
У НАРОДА ВЕРА, у интеллигенции идеи. Но сейчас уже где народ, кто интеллигенция? В молодом Лермонтове (1829 г.) говорит и то и другое: «От страшной жажды песнопенья пускай, Творец, освобожусь. Тогда на тесный путь спасенья к Тебе я снова обращусь».
БИЛЕТ ДО ЛОСИНООСТРОВСКОЙ, где было общежитие, стоил пятнадцать копеек. И их часто не было. Контролёры ловили. Мы: «Отец, да это же батон хлеба и две газировки. День жить». Потом уже и не ловили, здоровались. Картошка стоила десять копеек килограмм. Прогавкали мы коммунизм.
После вуза телевидение. Бывали и более-менее гонорары. Сидим, гуляем. В дверь скребётся бедняк. «Парни, дайте на хлеб». Витя Крейдич командует ему: «Выйди, закрой дверь. Потом резко её вышиби и скажи: «Витька, Володька, дайте четвертную!»
ВАСИЛИЙ ВЕЛИКИЙ: Обязанность воспитателя – знать светские науки, «подобные листьям, которые служат украшением для древа познания христианского и охраной для плодов его»!
ЦЕЛИ ВОСПИТАНИЯ: – Направить мысль к истине, чувства к красоте, волю к добру, всего человека к Богу. Пробудить и развить деятельное стремление подражать Творцу.
ОТЕЦ О КОМ-ТО из Уржума: «Ходил к ссыльным, те научили курить и читать листовки. Отец у него нашел папиросы «Трезвон» и «Тары-бары» и выпорол. Он сказал: «Ты меня обидел, я ухожу и приду только на твои похороны». Так и сделал. А мать после похорон забрал к себе. Увезли имущество на двадцати двух подводах».
ВЯТСКОЕ РАЗГОВОРНОЕ: «Мы жениться с тобой бум или не бум?» То есть будем или не будем?
Девушка парню на вечёрке: «Ада, а то уду». То есть: пойдём, а то уйду.
ВЫПИВШИЙ ПИСАТЕЛЬ в буфете Дома литераторов другому: «Старик, давай уж правду жизни выражать, раз другое не можем».
– Да, старик, если уже нечего сказать, давай говорить правду, раз нечего больше.
УЖЕ НЕ ПОМНЮ, откуда выписал, но выписки точные. Описание восторженных встреч царей Александров Второго и Третьего и Николая Второго. И описание встречи моряков из команд крейсера «Варяга» и канонерской лодки «Кореец».
И далее: «В первые годы новой власти так же радостно, как и царей, встречали наши земляки на перроне первых лиц молодого советского государства Я.М. Свердлова и М.И. Калинина».
Речь о городе где-то по дороге от Чёрного моря к Москве. Воронеж? Курск? Харьков? Белгород? Рязань?
НА ВОРОВСКОМ ЖАРГОНЕ задний карман брюк называется «чужой»: из него легко вытянуть содержимое.
Гаишник останавливает. «Сейчас будет ошкуривать».
