– Марина Николаевна, Вы очень убедительно заранее изложили Петру Васильевичу мотив убийства Максима Васильевича Косталиди. Эта авария выглядит как несчастный случай. Но даже при полном отсутствии улик, я склонен рассмотреть Вашу версию о мести. Но нет ли у Вас догадки, кто эта женщина?
– Ни малейшей зацепки, – сокрушенно вздохнула Марина и поглядела прямо в глаза собеседнику честным взглядом. – Как ее искать? В Москве – миллионы приезжих, в том числе – из Сибири. Вот я, например, родилась в Красноярске. Правда, это было на четыре года позже. И моя мама в семьдесят пятом жила в Москве.
Из коляски раздалось невнятное кряхтение. Сашенька, не открывая глаз, сморщился и начал вертеть головой, отыскивая мамину грудь. Он хныкнул громче. Марина резко развернула коляску в сторону крыльца и ласково заговорила с малышом, чтобы он не расплакался на улице:
– Сейчас, Сашенька, не волнуйся, – она бросила быстрый взгляд на следователя. – Вы, извините, Федор Афанасьевич, сын проснулся – надо кормить.
– Конечно, не буду Вас задерживать. До свиданья!
Когда Марина проходила мимо лавочки, соседка уже пошла домой. Она медленно шагала по двору, за ней семенила маленькая пушистая собачка, за собачкой шли полтора десятка разномастых голубей, на всякий случай провожая свою кормилицу до самых дверей.
Осенью мне пришлось искать новую квартиру, к хозяйке вернулся сын из армии. Подругам дали общежитие, а мне нет: я со своей любовью, забыла во время написать заявление. Неожиданно подвернулась хорошая однокомнатная квартира в центре. Одной снимать мне было дорого, чужого с собой брать не хотелось. Тогда Сергей привел Лиду. Лида мне понравилась с первого взгляда, мы договорились с ней об оплате и сняли вдвоем эту квартиру.
Лида была очень красивая. Я никогда не видела таких красавиц. Я сама не могла оторвать взгляд от ее темных глаз под изогнутыми тонкими бровями. Черные волосы, разделенные на прямой пробор, падали тяжелой волной на плечи. При этом у нее была нежная белая кожа. Я спрашивала ее, не молоком ли она умывалась в своей деревне? Она смеялась, и на щеках у нее появлялись ямочки. С нее можно было бы икону писать, до чего она была красива. Родители Лиды жили в деревне, в Болотнинском районе, а она окончила торговый техникум и осенью устроилась в магазин, где работал бухгалтером мой Сергей. Лида нравилась всем, и она не была ни гордой, ни заносчивой. Напротив, она была скромной и доброй девушкой.
Сергей часто приходил к нам, ему нравилась Лида. Я была уверена, что он относится к ней как к сестре. Мы любили друг друга, я не сомневалась в его чувствах. Я потихоньку готовилась к свадьбе. Мы решили с Сергеем пожениться после зимней сессии. Я написала обо всем маме. Мама там дома всплакнула, и стала собирать мне приданое. Перед новым годом я приехала ненадолго к маме. У Сергея было много работы, и он не смог поехать со мной. Мама приготовила мне целый чемодан постельного белья и полотенец. Мы чуть не поссорились с мамой, но я не стала брать с собой такую тяжесть. Договорились с ней, что я приеду к ней еще раз, но уже вместе с Сергеем. Мы подали заявление во Дворец бракосочетания. Регистрацию брака назначили на 22 марта.
После нового года Лида уехала к своим родным погостить, и мы остались с Сережей одни. Мне было страшно, я боялась, как это будет у меня в первый раз. Но все было прекрасно. Он был такой нежный и чуткий, что я нисколько не стыдилась. Мы прожили с ним вместе неделю, пока не было Лиды. Он предложил мне переехать к нему, но я застеснялась его родителей. Он согласился подождать свадьбы. Все было чудесно.
Марина кормила Сашеньку, когда запел телефон. «Я на тебе никогда не женюсь, Лучше уж съем перед ЗАГСом свой паспорт», – музыкальная фраза Укупника у Марины прочно связывалась с Игорем Переделкиным. Саша вздрогнул и повернул голову, пытаясь разглядеть источник звука, но при этом не выпустить сосок. Марина сбросила вызов, ребенок успокоился. Через пять минут, едва закончив кормление, Марина схватила телефон.
– Игорь, что она сказала?
– Марина, мы хорошо поговорили с мамой, я многое узнал, но ты ошиблась.
Марина понимала, что Игорь не будет по телефону вдаваться в детали такого дела.
– Игорь, а как бы нам с тобой еще разок встретиться? Или нет, лучше дай мне возможность самой поговорить с твоей мамой.
– Зачем, когда все совершенно ясно? Ладно, если ты сомневаешься, я устрою вам встречу. Но как ты ей объяснишь свои расспросы?
– Скажу, что я ищу девушку Алю, фамилия которой неизвестна, по просьбе моих сибирских родственников. И хочу убедиться, что это не она.
– Это – не она. Но раз ты такая упрямая, съездим. Только одно условие.
– Какое?
– Вместе с Ульяной.
– Ты опять за свое? Разве обязательно вам свои ссоры- примирения устраивать на глазах у твоей матери?
– Тогда не познакомлю. Имей ввиду, сегодня – последний день маминого отпуска. А потом ей некогда будет вас принимать.
– Изверг! Сейчас перезвоню, – мысленно обозвав Игоря упрямым бараном, козлом и придурком, Марина связалась с Ульяной.