Закрыв папку с Сильверс, Элла открыла папку с доктором Уайтли, которая была тут же. Она была большой. Элла начала читать первый документ. Несколько часов спустя она наткнулась на косвенное упоминание о коде для разблокирования воспоминаний. Следуя ему, мозг мог восстановить определенное воспоминание, идею или факт, который в нем хранился.
Элла поднялась из-за стола со стоном облегчения. Вот оно. Теперь ей осталось только найти файл с ее кодом.
Еще несколько часов она провела, зарывшись в свои записи. Вдруг на столе рядом с ней завибрировал телефон. От неожиданности Элла вздрогнула. На экране светилось лицо Дейви. Элла схватила телефон.
– Открытие через час! Ты идешь или нет? – спросила Дейви, когда Элла извинилась, что не позвонила ей раньше.
Элла взглянула на часы. Шесть вечера. Она еще не была в душе, а ее желудок считал, что хватит его казнить. Он урчал. Она взглянула на компьютер. Там оставалась куча непросмотренных файлов, за два месяца как минимум, и еще надо было до ночи закончить статью. Но ей нужно было выйти на воздух.
– Я немного опоздаю, но да, я приду.
– Здорово. Увидимся.
Галерея фотографии «21-й Причал» находилась прямо на променаде Эмбаркадеро, под мостом Бэй. Фотографии с видами залива, которые в ней выставлялись, были прекрасны. Но в планы Эллы не входило провести вечер за разглядыванием фотографий, особенно в ее теперешнем настроении. Тематика выставки, ретроспектива калифорнийской архитектуры, от хижин миссионеров до колониальных бунгало испанского Возрождения и загородных домов Эйхлера, казалась ей смертельно скучной. Выпив два бокала шампанского и съев несколько предлагаемых закусок, Элла уже была готова уйти. Она поставила бокал и оглянулась в поисках туалета. Она собиралась быстренько забежать туда, обновить помаду и вызвать Убер. Но заметила, как Дейви, стоящая рядом со своим клиентом, потрясающим фотографом, помахала ей.
Дейви пробралась к ней через толпу. Она, как обычно, потрясающе выглядела в блестящей темно-синей тунике и золотых римских сандалиях. Элла в своем изумрудно-зеленом платье и бежевых туфлях почувствовала себя сиротой. Но она быстро списала это чувство на свое настроение. Она была брошена и подавлена. И виновата по всем статьям.
Ей лучше было остаться дома. Статью про Натана нужно отправить Ребекке до завтра. Она обещала сделать это сегодня, и если успеет отправить все до полуночи, то еще уложится в дедлайн. Хотя, может, и хорошо, что она не писала ее прямо сейчас. Кто знает, что она написала бы, будучи усталой и в расстроенных чувствах.
Подавляя зевок и прикрываясь рукой, Элла быстро обменялась приветствиями с фотографом, Флинном Хершбергером. Его эбеново‐темные кудри спадали на воротник черной водолазки, и Элла не могла не усмехнуться. Он выглядел, как молодой Стив Джобс. Флинн взял руку Эллы в свои.
– Наша исключительная подруга Дейви рассказала мне, что вы пишете для
Приподняв брови, Элла взглянула на Дейви. Та пожала плечами.
Элла вытянула руку у Флинна.
– Я уверена, Дейви скажет вам, когда этого ожидать. Прекрасная выставка, Флинн. Желаю вам удачи. Извините. – Она вежливо улыбнулась и отошла.
Дейви догнала ее у входа в дамскую комнату.
– Извини. Это самая большая на сегодня выставка Флинна, и на нее пришла куча журналистов. Он просто предположил…
Элла махнула рукой, отметая ее извинения, и открыла дверь в туалет.
– Да брось ты. Я все поняла. – Она зашла в кабинку.
– Хочешь пойти в бар напротив, перехватить по коктейлю? – спросила Дейви, когда они снова встретились возле раковины.
Меньше всего Элле сейчас нужен был алкоголь.
– Не могу. Надо закончить статью про Натана.
Дейви скорчила гримаску:
– Везет тебе. Проводишь время с такими потрясными мужиками. Твой муж-полубог и теперь еще этот герой, про которого ты пишешь.
В обычной ситуации Элла посмеялась бы. Но сейчас ее всю скрутило.
– Передавай Дэмьену привет. Как он, вообще? Я сто лет его не видала.
– Не знаю. Он ушел. – Элла сунула руки в сушилку.
– В Лондон?
– Нет. От меня. – Элла провела по губам помадой и встретилась глазами в зеркале с потрясенным отражением Дейви.
Элла закрыла помаду и сунула в сумочку.
– Саймон был не от него.
У Дейви упала челюсть.
– Элла, какого черта? Когда все это случилось? Как? Господи, даже не говори. – Видно было, как у нее в голове вертятся шарики. Она выговорила одними губами, без звука: – Натан?
Элла кивнула.
– Ну ты сильна, подруга. – Глаза у Дейви были на пол-лица.
Элла оторвала бумажное полотенце, промокнула уголки глаз и несколько раз выдохнула сквозь сжатые губы:
– Он ушел вчера. Но все началось прошлым летом. Или раньше. Я не знаю. Не могу вспомнить.
– Господи, бедная. Я не могу поверить, что ты не написала мне. – Тряхнув головой, Дейви подняла вверх обе руки. – К черту твою статью. Мы идем выпить, и ты мне все расскажешь.
