– Сначала подрезанная лямка, потом рыжую красотку поселили в каюте в закрытом блоке аяшей, куда никого ранее не пускали. И, не иначе бог случайностей подстроил, что через несколько минут после этого она так удачно столкнулась со мной.
– Это действительно было случайно, – просипела я, отчего черные провалы его глаз сузились до взбешенных щелочек.
– За все время здесь ты ни разу не забыла тщательно заплести и спрятать волосы под курткой. Но тогда случайно, как же может быть иначе, уронила пилотку, сломала заколку, распустила по плечам волосы, вспыхнувшие багровым пламенем. И трогательно ползала по полу, якобы, не заметив здоровенного мужчину перед собой. Потом стояла на коленях и смотрела так, словно умоляла обесчестить твой рот. Поверь, я тогда с огромным трудом удержался, чтобы не согласиться на это предложение…
Судорожно сглотнув, просипела:
– Я…
– Да-а, – протянул Дилегра со зловещей ухмылкой, оборвав меня. – Ты. Выжгла мне нутро до костей своим видом на коленях… и пламенем волос. Казалась нереальной здесь – хрупкой, нежной, беззащитной, дергала меня за ниточки защитника…
– Вы совершенно…
– Согласен, ты совершенная. Казалась ею ровно до момента нашего второго столкновения. С виду легкая, тоненькая, а под курсантской курткой – защитная броня, привычная шпионам и диверсантам. Это они ее не снимают, нигде и никогда. Назови цель внедрения к нам!
Глаза запекло от подступивших слез.
– Я не шпионка и не внедрялась к вам.
– Поэтому ты знаешь четыре языка рас, которые отказываются вступать в Содружество? Поэтому тебя до рефлексов натаскали нашим традициям и приветствиям? Чтобы сойти за свою?
– Нет! – выкрикнула я, задирая голову, пытаясь стать еще выше.
А он продолжал обвинять:
– Этот выродок Крайч пытался тебя убить. Вы из конкурирующих структур? У него иная задача?
– Нет, – опустошенно выдохнула я; смысл объяснять, если меня не слышат. Однако попыталась напомнить о важном моменте: – Если вы посчитали меня шпионкой, зачем взяли на «Валтрай» стажером? Лемех сказал, что место нашего прикрепления было согласовано, а затем изменено по-вашему же требованию!
Глаза Дилегра вспыхнули яростной чернотой:
– Как там у вас говорят? Друзей держи близко, а шпионов и врагов еще ближе? Как раз наш с тобой случай.
– И в чем я провинилась? – с горьким насмешливо-испуганным недоумением спросила я.
– Опять, видимо, бог случайностей постарался, – криво ухмыльнулся Дилегра. – Сперва от неизвестной дряни слег мой второй пилот. Хорошо слег, никак поднять не могут! Уже месяц прошел, а не разберутся, какой отравой его накачали. Я решил, что от Бартиса, таким вот сложным способом, чтобы злобные аяши не заподозрили, решила его маранка-контрактница избавиться. Из-за денег, чтобы неустойку за досрочный разрыв контракта не платить. Но тут очень своевременно на «Рушазе» появилась ты… Кровавая принцесса Земли…
Я передернулась, услышав прозвище, которым меня наградили желтушные СМИ ради громких и броских заголовков.
А Дилегра продолжал с мрачным, угрожающим сарказмом:
– Лучшая из лучших, пилот и навигатор, красавица и умница, говорит на аяше, знает традиции. От такого стажера только дурак откажется. Особенно в моем положении, когда место второго пилота вдруг оказалось вакантным… Не находишь?
Мне не хватало воздуха, я словно попала в ловушку, из которой тщетно пыталась выбраться.
– Это совпадение.
– Я не убью тебя, обещаю, если сообщишь название токсина, которым отравили Бартиса, и кто именно это сделал.
– Я ничего об этом не знаю, – опять хрипло каркнула я.
Так страшно смотреть в глаза аяшу-берсерку, который буквально нависал надо мной, еще чуть-чуть – и окончательно сорвется. И тогда…
– Вынужден признать, тебя отлично подготовили, Вера Лель. Фонить восторгом и обожанием, чтобы я проникся твоими чувствами ко мне! Приучили проявлять послушание, уважение или хотя бы терпение к мужчинам, даже к высокомерному, себялюбивому и ленивому однокурснику, которым я провоцировал тебя на подлинные чувства.
– Провоцировали? – Во мне взметнулась обида и горечь за все пережитые страхи, заглушив ужас.
– Подсунули мне красивую нежную игрушку, еще и невинную, чтобы точно с крючка не сорвался, да? – прорычал все-таки сорвавшийся Дилегра.
– Я не игрушка! – взревела я, настолько резонировало это слово с моим прошлым, от которого пыталась сбежать.
– Тогда расскажи: зачем и почему ты здесь, Вера Лель? – выдохнул мне на ухо аяш, склонившись и положив ладони на мою талию.
Глядя на него во все глаза, я пыталась уложить в голове предъявленные обвинения. Получается, история с отравлением второго пилота оказалась той самой спусковой кнопкой, которая запустила всю последующую цепочку подозрений, где мне отвели главную роль – шпионки. А дальше, уже по накатанной, каждая новая случайность для Дилегра очередной бусиной-аргументом нанизывалась на нить изначально неверного, ошибочного умозаключения.