– Ясно. Ее выкрал тайный поклонник. Высокопоставленный военный, – сделал пугающе верный вывод хедар Дилегра и, ощутив мой страх, удовлетворенно хмыкнул, прежде чем задал следующий вопрос: – Почему и как ты оказалась здесь, арана Лель?
– На втором курсе я пришла к неутешительному выводу, что отец достанет меня везде, куда бы ни сбежала. Шанс был только один – подписать долгосрочный служебный контракт с военным ведомством мира, который не входит в Содружество. А главное, на который нельзя как-либо повлиять со стороны Земли. Таких всего четыре. Поэтому я записалась на специализированный факультатив изучать эти расы. Его вел господин Рехандр, он на четверть аяш.
– Квартерон аяшей на Земле? – удивился чистокровный. – И как он поживает?
Я растерянно пожала плечами:
– Неплохо… наверное, – и припомнив наши встречи с дорогим мне наставником, вспомнила о грустном, – но, насколько я поняла, в его жизни мало счастья. Он никогда не был женат, у него нет детей.
– Неудивительно, – неожиданно сказал Дилегра, вызвав мое любопытство. – Что было дальше?
– Господин Рехандр догадался, что мой интерес к его предмету и расе выходит за стандартные учебные рамки. Сначала присматривался, а потом начал помогать. У меня был индивидуальный расширенный и углубленный курс. Именно Рехандр, как вы сказали, натаскивал мой рефлекторный отклик на ваши приветствия, рассказывал об аяшах подробнее, чем остальным. Но, к сожалению, он то ли сам много не знал, то ли не имел права делиться подробностями. Поэтому я мало знаю об аяшах, пожалуй, почти ничего, – печально улыбнулась я.
– Зато он заложил основы правильного поведения с представителями моего мира, – хорошо, открыто улыбнулся Дилегра, порадовав меня красивой, пусть и махровой снежинкой в глазах. Однако дальше еще больше огорошил: – Мне кажется, ты упустила другой вариант избежать отцовской опеки.
– Какой?
– Выйти замуж за представителя закрытого мира, получить его гражданство и защиту. Могу с абсолютной уверенностью сказать, что такая как ты идеально подойдет файраву и аяшу, – загадочно блеснув глазами, выдал мой командир.
С одной стороны, приятно удивил, с другой – заставил задуматься: какая «такая»? И даже подвиг смущенно признаться:
– Я прошла через слишком многое, но, думаю, не настолько безнадежна, чтобы выходить замуж по расчету. Мне хочется верить, что буду любима и сама любить. Поэтому мне ближе служебный контракт, чем брачный. Тем более, не знаю ни одного аяша или файрава, который бы согласился рискнуть взять меня в пару. А номинальный брак оформить не выйдет, ведь, насколько я знаю, у этих рас нет разводов.
– Все верно, мы создаем семью раз и навсегда. Хотя у каждой расы на это разные причины, – заинтриговал Дилегра.
– Ну вот… – удрученно пожав плечами, я почувствовала, что с моего плеча опять сползла горловина, заодно поймала хедара за разглядыванием голого плеча.
А в следующее мгновение и он поймал меня за его разглядыванием. Смутилась. Со стыдом вспомнила, что командир, оказывается, постоянно ощущал мои фонтанирующие восхищением и обожанием эмоции.
Наконец Дилегра отвел взгляд в сторону и остановил его на лежавшем на койке жирафике. Мягко усмехнувшись, он вновь посмотрел на меня:
– И все же ты играешься…
Наверняка я полыхала щеками, прошептав:
– Это подарок Элины, как и моя пижама, и бронированный корсет. Единственное, что нас теперь соединяет.
Длинные мужские пальцы скользнули по моей руке, вызвав мурашки, и поправили тунику. На миг задержались, затем большой палец коротко приласкал ключицу. Облизнув пересохшие губы, я вскинула на Дилегра робкий и смущенный взгляд. Он смотрел странно, с каким-то голодом. В его вновь замахровевших удивительных глазах было сложно прочитать эмоции, когда он спросил:
– Почему ты отказалась подавать рапорт на Крайча?
Передернув плечами, вспомнив покалечившего меня гада, честно ответила:
– Рапорт может повлечь нежелательные последствия. К примеру, повторное требование отца к академии о расторжении моего контракта. Не хочу давать ему ни малейшего повода, ни одного шанса. К тому же вы наказали Крайча. И… – я сглотнула, прежде чем продолжила признание. – Я уверена, как только отец узнает об этом инциденте, сам накажет Крайча. Наш старлей до конца своих дней будет жалеть о покушении на меня. И этих самых дней у него осталось не так много.
– Ясно, – мрачно ответил аяш и добавил, – я переговорю с начальником станции, чтобы не выносить инцидент за пределы «Рушаза». Хотя бы временно.
На волне облегчения и обожания я поблагодарила от всей души:
– Спасибо, хедар!
– Благодарить меня рано, Лель. И все-таки, почему ты именно здесь, на «Рушазе», слишком далеко, на передовой. Как твой отец мог позволить стажировку в секторе, где идут боевые действия со змеранами, где рискует потерять дочь? – Дилегра опять нехорошо сощурил глаза.
Да, пожалуй, этот вопрос остался невыясненным, я бы тоже сомневалась. И спокойно прояснила: