В никуда. Они растворяются. Во времени. В годах, зимах и летах. В днях, часах, секундах...
Мужики – те конкретней. Они уходят обычно к другой. Да-да, к той, у которой ни кожи, как всегда, ни рожи, и дура дурой, и руки не оттуда... И общественность в лице его бывшей и ее подруг недоумевает: чего же им, сволочам, надо??? Да спросили бы у самого мужика. Но – бесполезно. Он и сам не знает причин. Будет бурчать виновато: ну... так получилось...
А женщины уходят по-другому. Нет! Не люблю обобщений. Моя Женщина уходит. Растворяется... Никогда не видел привидений, но, я думаю, она на него сейчас похожа. Полупрозрачная зыбкость. Ее тихо колышет теплеющий весенний воздух. И сквозь нее видно. Не улицу, не лес и небо. Мою сволочную натуру видно сквозь нее, уходящую... В никуда. В космос. В холодный и чужой. Ай, бросьте! Такой ли уж он холодный, как нам кажется? Дышать там не сможем? А надо ли там дышать? И надо ли там пить? А говорить? А любить?..
Недавно в полусне фантазировал: люди – это всего лишь оболочка для душ. Как одежда для нас, как дома. Души из космоса селятся в тела. Может, передохнуть, обогреться, а может, это наказание для них какое-то или, напротив, премиальные. А когда тело ветшает, рушится, душа уходит скитаться дальше. Это на меня так подействовала смерть одного человека. И еще – новая (для меня) теория: нет элементарных частиц, есть вибрация пространства. То есть, мы и все вокруг – не материя в привычном понимании. Мы сгустки вибрации пространства. Может ли вибрировать ничто?
Поделился своей теорией (которая ведь тоже ужасно не нова) с другом, а тот стал ворчать: тю-у, только обогреться – скучно... Я подумал и предложил компромисс: ну еще пива попить, поговорить за жизнь. Дело другое! – согласился друг. А я еще подумал и добавил, про себя: и полюбить...
Чушь такая! Бред собачий!
Вокруг столько важных новостей. Наш президент выразил крайнюю озабоченность обострением конфликта в Израиле. Чечня? Какая Чечня, когда гибнут палестинцы и израильтяне – дяди и тети родные! А наше правительство намерено восстанавливать экономику Югославии. Браво! Мильон восторгов! А еще мы Ираку начинаем помогать... А правдолюбу и лужкововеду Доренко провокацию устроили. Конечно, провокацию! Наверняка не Доренко сбил военно-морского офицера, а офицер отобрал у Доренко мотоцикл и сам себя сбил этим мотоциклом. Чтобы задушить свободу слова, как говорит телеведущий... Только вот где тот Доренко и где та свобода слова... В разных галактиках.
Ой, так все это противно. Гадко. Тут весна, а я должен смотреть на лица вице-президента Ирака и Сергея Доренко. Брыдко.
А с другой стороны, ну и что, что – весна? Что я могу сказать вам об этой весне? Лишь то, что, судя по холодине, наводнения у нас с вами не будет. Радостно вам?
А мне – нет. Уходит любимая... Нет, самая любимая женщина... А может, и единственно любимая. А может, и не уходит. Или ее вообще не было?..
Ах, если бы знать всю правду. Можно было бы в космос отправляться. Без челнока. Своим ходом.
Тело – пристанище души. А где живет любовь?..
МЕЛОЧИ, КОТОРЫЕ НАС РАЗДРАЖАЮТ...
Мелочи, которые нас раздражают, – страшная бомба замедленного действия. Я знаю человека, который развелся с женой только потому, что, как он сам говорит, она тарелки после мытья неправильно складывала. Надо было по росту ставить их в сушилке, а она абы как это делала. Он терпел десять лет. А потом взял и ушел.
– И только поэтому?!
– Да нет, конечно, – печально возразил он. – Она еще за десять лет так и не поняла, что я люблю есть большой вилкой, и подавала мне десертные, маленькие, а я их терпеть не могу!..
Можно, конечно, попробовать и перевоспитать человека, хотя бы в мелочах. Но я лично не собираюсь никого перевоспитывать. Тому есть три причины.
Во-первых, если человек привык что-то делать так, а не эдак, то и пусть делает. Свободу надо уважать даже в мелочах. Ну. крутит твой собеседник пуговицу на твоем пиджаке, тебе что – пуговицы жалко? У тебя тоже есть привычки, которые наверняка не всем нравятся, но ведь терпят.
Во-вторых, можно, конечно, говорить каждому, что некрасиво брать с моего стола фотографии и мусолить их, разглядывая. Меня это ужасно раздражает. Еще в карманах моих пошарьте – что там интересного! Но как-то неловко делать элементарные замечания. Так и занудой недолго прослыть. Представляете, все станут говорить: ой, Дылёв – такая зануда, не разрешает фотокарточки на его столе разглядывать и в карманах евонных шарить!
Один раз я рявкнул на человека. Тот только что машину ремонтировал (по рукам было видно) и вот этими руками он берет с моего стола пачку снимков... Я и не выдержал...
И что у нас получается? Два постулата:
Пусть каждый живет как хочет.
Не нуди.
