«Садись в любой. Они как… Как уличные туалеты. После каждого использования самоочищаются».
И галантно распахнул дверцу ближайшего.
Поморщившись на неаппетитное сравнение, Елена заглянула в салончик. Опустилась на кресло, которое оказалось очень удобным. Стенки и крыша изнутри были прозрачными.
«Полетели?»
Алик ткнул пальцем в панель, и та ожила, замигала разноцветными огоньками. Он произнес адрес — какой-то мудреный буквенно-цифровой код.
Дверцы бесшумно закрылись, что-то тихонько зажужжало, и аппарат плавно приподнялся над землей.
«Нам далеко?»
«Нет. На гору Мон-Моди. Около Монблана. Помнишь, мы там однажды в альпинистской экскурсии участвовали? Тебе не понравилось».
«Ты живешь прямо на горе? Но там снег. И холодно. Это же больше четырех тысяч метров высоты!»
«Три восемьсот. Поселок построен не на самой вершине, а на небольшом плато. Да, погулять особо не выйдешь, зато красотища!»
«Да ведь давление же. Разреженный воздух».
Алик махнул рукой.
«Не проблема. Скоро увидишь. Возвращаюсь к жилищной теме, от которой мы отвлеклись.
Городов больше нет. Ну то есть они никуда не делись, но люди в них больше не живут. Там находятся учреждения, культурные и образовательные центры, музеи, галереи, стадионы, тематические парки. В города ездят для дела или для удовольствия. Всю уродливую типовую застройку давно убрали, остались только красивые или исторические здания. Понастроили массу всего красивого. Всюду зелень, инсталляции, аттракционы. Семьи приезжают погулять, молодежь развлекается, школьников привозят на экскурсии. Что-то вроде диснейлендов, короче».
«А где же все живут?»
«В основном в поселках и в «изосекторе». Про поселки сейчас расскажу, а «изосектор» — это изолированные дома. Как раньше дачи, только как правило с большими участками. Нет, не дачи, а вроде старинных усадеб. Само собой, стоит это очень дорого. Один из немногих способов получить бонусы от богатства. Я-то обосновался в поселке, чтоб не сидеть сычом в лесу или посреди поля. Но ты наверно захочешь устроиться подальше от толп. Хотя не знаю. Может, тебе понравится в поселке. Там классно. Скоро посмотришь. Это совсем иной принцип обустройства жилищного пространства. Но главная перемена даже не в том, какие теперь дома, а в том,
«Стоп-стоп-стоп, — перебила Елена. — Да кто согласится жить в Сахаре или в Антарктиде?»
«Когда ты увидишь поселок «Монт-Моди», поймешь, что такой может находиться где угодно. Климат значения не имеет. А построить жилье во льдах или в пустыне, конечно, намного дешевле, чем на Абхазской Ривьере».
«Абхазская Ривьера это считается очень круто?»
«Ты чего? Субтропики, горы, микроклимат. На втором месте по цене после Гаити. Но ты опять меня перебила. Я хотел рассказать, что в последнее время самый писк — квартира на «плавучем острове». Это такая здоровенная плавбаза, которая перемещается по морям. Стандартный вариант — пять тысяч пассажиров. Юридически это кондоминиум. Как жильцы проголосуют, туда и плывет. Правда, основной контингент не владельцы, а съемщики. Говорят, через некоторое время кочевать «по морям, по волнам, нынче здесь, завтра там» надоедает, опять же большинство может взять и проголосовать за порт, который тебе не нравится. Но будь я помоложе, обязательно годик-другой поплавал бы. Иногда я гуляю по ноовебу, изучаю варианты. Подобрал несколько люксовых. На случай если ты вдруг захочешь попробовать. Поплаваем по шарику, посмотришь, как он изменился. Изодомом можно и попозже обзавестись».
«Всё такое вкусное, — облизнулась Елена. — Помнишь, был такой анекдот? В прошлом веке?»
«Нет. Но я могу попросить «ассиста», он напомнит. Или порыться в эйдетической памяти. Я тебе говорил, что наша лаборатория подбирает коды к забытым воспоминаниям. Если я когда-то знал анекдот, его можно выудить на поверхность по ноосвязи».
«Ты уже говорил про нее. Что такое «ноосвязь»? И «ноовеб»?»
«Ноовеб — это вроде старинного интернета. Информация, находящаяся в ноосфере общего использования. Через нее осуществляются почти все контакты. Техническое устройство всё то же, — Алик показал браслет. — У каждого свой уникальный код. Настраиваешь канал и контактируешь напрямую, через мозговые импульсы. Мы с тобой первым делом «спаримся» — так это называется. Ты часто услышишь, как люди, знакомясь говорят: давай спаримся. Не вздрагивай. Ничего сексуального тут нет. И кстати ни к кому не обращайся на «вы». Ни в одном языке этой формы не осталось. Тебя просто не поймут».