В мире Джефа существует только ответственность. Там нет радости или веселья, нет спокойствия и любви – есть только Долг. Но ему встречается Николь, которой угрожает смерть. И никакой выполненный долг не может ее спасти. Лишь любовь и доверие. Нужно только поверить…
Моему любимому – Идеальному Мужчине
посвящается
Я хочу выразить благодарность:
Моей семье за поддержку и терпение во время написания этой книги.
М-ль Инфанте – за её поэтичность и безмерную помощь во время работы.
Антонио Санти – за его духовное присутствие.
Александру Васильеву – за его практическое руководство и эффективные пояснения.
Отцу Владимиру Сек за его оптимизм и советы, которые помогали мне в этот трудный период.
Отцу Максиму Попову – за простые объяснения и духовное руководство.
Сестре Софии Сметанко за её чудесные лекции на курсах по катехизации.
Моим соседям – за стойкость.
Офицер Патрик О'Нил закинул ноги на край стола и выудил из внутреннего кармана сложенный вчетверо лист заявления. Что-то тут не давало ему покоя. Смутное, неуловимое чувство. Болото. Казалось бы, чего нужно? Есть заявление о совершении развратных действий. Правда, не от самой пострадавшей. И даже не от свидетельницы, но всё равно. Да стопроцентное дело! Но что-то тут его не устраивало. Когда к тебе приходит человек и предоставляет сведения о другом человеке просто так, сразу возникает вопрос: чего этот человек ищет. Какова причина подобного "альтруизма"?
Дама, которая принесла заявление в полицию, если честно, ему не понравилась. Вертлявая какая-то, и смотрела на него, как на стажера. В её взгляде читалось высокомерное презрение и к нему, и к столу, за которым он сидит: она все время брезгливо отодвигалась от его края, и вообще ко всему участку, как будто тут просто не могут работать нормальные люди. Она словно сомневалась в том, что он, в своей великой глупости, вообще в состоянии понять её, и в том, что он действительно полицейский, хотя он сидел при ней в форме, и кроме него там было ещё, по меньшей мере, пять полицейских.
Она так замучила его своим многословием, что он просто предложил ей написать заявление, лишь бы она замолчала. Пока она писала, она не прерывала своих высказываний и очень ядовито описала полицейскую базу данных и его стиль работы. Потом добавила, что "неорганизованная индифферентность" полиции очень напоминает "равнодушные плеоназмы" католиков.
Решение пришло само: он выставил её, забрав из пальцев заявление и проводив до входной двери – так хотелось удостовериться, что она действительно ушла. Возвращаясь на своё место, он с досадой обнаружил, что эта скандальная женщина отняла у него больше часа. Он сложил заявление и сунул его в карман: пусть сначала докажет, что она его писала. Но вместо того, чтобы отправиться домой он поехал посмотреть, кто там проживает по указанному в заявлении адресу.
Дом он вспомнил мгновенно. Именно сюда он доставлял осенью ту пьяную девчонку. Девчонка была никакая и вовсе не потому, что пьяная. Просто у неё явно ещё не очень-то сформировалось мировоззрение. Она одинаково хорошо относилась ко всем категориям населения и ещё неизвестно, какой она станет в будущем. Он тогда привез её домой и дверь открыл мужчина в халате, высоченный, светловолосый. Не скажешь, что отец, но мог быть и отчим.
Он не кинулся на неё с руганью, хотя взбесился, это было видно. Правда, О'Нилу показалось, что он скорее расстроился, чем разозлился.
Сейчас, стоя и названивая у входа, О'Нил нетерпеливо вглядывался в прозрачные витражи, окаймляющие дверь.
– Вы кого ищете? – Окликнули его с улицы.
Вскоре он сидел в гостиной маленького дома напротив, и миссис Гаррис рассказывала ему, что хозяева не уехали, что дом хотели продать, но вскоре табличку сняли, что новые хозяева не въехали и дом, похоже, пустует уже два с половиной месяца. Правда, приходит прежняя женщина убирать и часто приезжает мистер Коган. Перед рождеством он вместе с Джефом занимался погрузкой рояля и ящиков с вещами, но их было не так уж много: видно все остальные вещи остались в доме.
Она не знает, съезжают её прежние соседи или нет, потому что она не знакома с приходящей помощницей по хозяйству. Было бы очень печально потерять таких соседей: они никогда не писали никаких жалоб на неё и не предъявляли претензий, если дети помнут зеленую изгородь или испортят газон, когда играют с друзьями. А однажды Джеф подарил её детям собаку: принёс своего щенка присмотреть за ним на время, а когда увидел, как дети играют с ним вместе, не стал забирать – так и подарил, Джефа она знает с детства и может точно сказать: никогда у него никаких трений с полицией не было.
С ними просто хорошо общаться: и с мистером Коганом, и с Джефом, и с Николь. Всё как-то нарушилось, когда заболела Николь. Собственно, всё у них и поехало куда-то. Впрочем, если он хочет, она может дать ему телефон мистера Когана.
