Мне на мгновение показалось, что я сплю: настолько все было загадочно и непривычно. Неужели это «ледяной душ» сработал? Неужели Мия и правда поверила, что я могу ускользнуть, и всполошилась?
Я ощутил странную горечь. А вроде наоборот должен был обрадоваться случившимся переменам.
– Ром, ну правда, зачем нам лишние формальности? – Мия посмотрела заискивающе. – Давай будем теперь по-простому, без реверансов?
– Я даже не знаю, смогу ли привыкнуть, – сказал я.
– Сможешь! Конечно, сможешь. – Она схватила меня за руку, потянула за собой.
Когда мы вошли в мастерскую, Мия увлекла меня к столу. На нем сегодня лежали фотографии животных.
– Я подумала, что тебе стоит попробовать себя в анималистике, – пояснила Мия. – И в срисовывании с фотографии. Выбери любое фото и попробуй его скопировать.
– Ты издеваешься? – вежливо уточнил я.
– Нет, я просто хочу найти то, что будет тебя зажигать.
В ее глазах плескался азарт. Видимо, Мия и правда верила, что во мне можно разбудить творческие способности. Я не стал ее расстраивать, схватил наобум одну из фоток и присел за мольберт.
Мия в этот раз не торопилась отвлекаться на свои дела. Она бесцельно бродила по мастерской и то и дело посматривала на меня.
– Что? – наконец не выдержал я.
Она обрадовалась моему интересу, подошла и встала рядом.
– Ты обиделся? Ну тогда, после экскурсии?
Я пожал плечами. Ее близость опять меня взбудоражила, заставила сердце биться чаще.
Мия поправила браслет на запястье, чуть задержала у него пальцы. В этом ее жесте было столько чувственного очарования, что мне захотелось протянуть руку и тоже скользнуть пальцами по ее нежной коже.
– Я не хотела тебя задеть. Просто… Просто со мной сложно. – Ее лицо вдруг стало серьезным и немного грустным. – Мои прошлые отношения закончились не очень приятно, и с тех пор мне трудно доверять парням.
Она посмотрела мне прямо в глаза, словно пыталась в них что-то прочесть. Хотела гарантий, что я не обману?
Я с трудом выдержал ее взгляд.
– Новые отношения – это всегда риск, – тихо сказал я. – Никто не может обещать, что из симпатии вырастет что-то действительно стоящее.
– Наверное, ты прав. – Она разочарованно тряхнула головой и отошла к столу, стала складывать фотографии.
Ловелас из меня никудышный, ага.
Я попробовал сосредоточиться на рисовании. На фото, которое я выбрал, был запечатлен кот. Он лежал на ковре, вытянув передние лапки. Минут двадцать я корпел над рисунком, но получилась у меня какая-то больная овечка с совочком на спине. Из груди вырвался предательский вздох.
Мия заметила, подошла взглянуть.
– Да-да, знаю, это никуда не годится. – Я взялся за ластик, стал с остервенением тереть рисунок.
– Знаешь, в чем твоя проблема, Ром? – вдруг сказала Мия, легонько тронув меня за плечо.
Ее прикосновение, как обычно, обожгло, на секунду лишило меня способности соображать. Я откинул голову и посмотрел на Мию. Черт, с каким бы удовольствием я сейчас притянул ее к себе и поцеловал.
– Твоя проблема в том, что ты слишком много думаешь, – договорила Мия.
– В смысле?
– Ты рисуешь все так, как, ты считаешь, это должно выглядеть. А надо не придумывать, а смотреть на свою модель. Надо как можно больше опираться на глаза и отключать мозги.
Я не удержался – протянул руку и скользнул пальцами по Мииному запястью. Она едва заметно вздрогнула, но не отстранилась.
– Может, мне стоит порисовать тебя? – предложил я, еще раз погладив ее по руке. – На тебя я готов смотреть часами.
– Хорошо! – Она кивнула. – На следующем занятии будем рисовать меня.
– Обнаженной?
Черт! Мне надо рот пластырем заклеивать перед уроком, не иначе. Язык мой – враг мой.
Мия снова мазнула по мне взглядом, усмехнулась.
– Думаю, рисование обнаженной натуры для тебя пока слишком сложно, – тихо сказала она.
– А как же все эти рассуждения про поиск того, что способно зажечь?
Она вдруг наклонилась ко мне, застыла в паре сантиметров от моего лица. Ее пальцы, дразня, скользнули по моим волосам.
– А ты, правда, уверен, что сможешь сосредоточиться на рисовании, если я разденусь?
В ее больших глазах плясали чертики. Я ее прямо не узнавал. Откуда столько призыва, столько сексуальности? И, главное, зачем?
– Ты права, я не смогу сосредоточиться, – согласился я.
Она тут же отодвинулась и торжествующе вздернула подбородок.
– Значит, займись котом.
Мия отошла к столу, а я опять взялся за карандаш. Я вглядывался в выбранную фотку до рези в глазах и рисовал-рисовал-рисовал. Дурацкий кот теперь будет мучить меня в кошмарах. Зато рисунок получился сносный, Мия его даже похвалила.
За окном стал накрапывать дождь: капли ползли по стеклам, как маленькие букашки.
Я присвистнул, выглянув на улицу.
– Вот это темень! Надеюсь, меня не смоет по дороге в отель.
– Я дам тебе зонт, – решила Мия и быстро сходила за ним в дом.
Потом мы с ней вышли на крыльцо.
– Не провожай, – посоветовал я. – Промокнешь.
– Мне нужно запереть калитку, – возразила Мия. – Я говорила тебе: у нас тут неспокойно в последнее время. Позавчера на мою соседку напали с ножом.
– Кошмар! Будь осторожней, ладно? Если тебе куда-то понадобится вечером, обращайся – я провожу.
