Она улыбается. Улыбка у нее стала совсем не такая, как была. Раньше она была жизнерадостной. Немного робкой, но в ней была жизнь. А сейчас она улыбается, но глаза ее пустые. Они уже не такие изумрудные, какие были. Раньше ее глаза были такими же яркими, как трава после дождя. Он смотрел в зеркало, его глаза такими и остались. А ее глаза стали другими. Как будто бы цвет развели водой. А, может, и развели, но слезами. Она слегка укладывается на диван.
– Можно я немного посплю у тебя? Я устала от одиночества, просто немного посплю.
Она прикрывает глаза, он укрывает ее одеялом. Она спит беспокойным сном, и он невольно задумывается о том, спала ли она за это время хотя бы раз нормально?
– Она понемногу приходит в себя, Роман.
– Спасибо, что сообщил. С ней все в порядке?
– Как ты думаешь?
Алекс кладет трубку. Он никогда не одобрял Романа, да и сейчас тот казался ему подонком, который просто хочет потешить свое самолюбие и вернуть Валерию. И, наверное, с его стороны было неправильным не оберегать сестру, а помогать Роману и как будто бы подталкивать их на те разрушительные отношения. Но Алекс понимал, что Валерия в данный момент точно ни на кого не переключится, а Роман – это хотя бы родное и нечто уже изведанное, и она может отвлечься. Алекс часто принимает неверные решения, и, конечно, этот момент не исключение. Он иногда и сам понимает, что куда-то его уводит не в ту степь. Что нормальный брат послал бы к черту этого красавчика Романа и не подпустил бы к сестре на пушечный выстрел. Но Алекс не слишком дальновидный. Он всегда принимает решения здесь и сейчас. И ему кажется, что Роман это именно тот человек, который может отвлечь Валерию. Ведь когда-то у Валерии были к нему чувства. А думает ли Алекс о том, что этот подонок может измениться… с одной стороны, почему бы и нет. С другой, он не задумывается об этом.
– Я причинил много боли и зла Валерии. Мне хочется это все исправить, Алекс. Я знаю, что ты меня ненавидишь, да и правильно. Она все же твоя сестра, но это наши с ней отношения. И у нас было много всего, и она сама не всегда вела себя как ангел. Да, я крупно облажался, но я надеюсь, что у нас с ней есть шанс, раз уж все так вышло.
– Ты ведь можешь выбрать любую. Зачем тебе снова возвращать ее?
– Я не знаю.
– Чувство вины?
– Наверное, оно тоже есть. Но вообще я скучаю по тем моментам, когда она ждала меня дома и писала свои картины.
– Свои бездарные картины.
– Валерия сейчас сама не своя, Роман. Она превратилась в тень той Валерии, которой она была. Она все еще любит Константина.
– Если бы я вел себя иначе, то все могло бы быть по-другому. Я знаю, что в это верится с трудом, но она действительно была для меня особенной и дорога была по-особенному.
– Она никогда в это не поверит.
– Поверит, Алекс. У нас было много всего хорошего. Но ее обиды слишком перевесили. Она была обижена на меня.
– Ты спал с другими.
Роман молчит. Наверное, на это ему сказать нечего, хотя это, конечно, не в стиле Романа. Такие мужчины, как он, всегда знают, что сказать. Алекс действительно силится понять, зачем Роману возвращать Валерию. Алекс совершенно не понимает. Когда-то Валерия сказала ему, что у них с Романом были моменты, когда она была счастлива. И сейчас именно ради этих моментов Алекс разговаривает с ним, сообщает о том, что творится с его сестрой. Он всеми силами хочет ей помочь. Почему он тот, кто всегда вытаскивает ее, но всегда остается крайним?
Через полгода после похорон, когда она научилась хотя бы выходить самостоятельно и не напоминала живого мертвеца, она случайно столкнулась с Романом. Конечно, эта встреча была, можно сказать, подстроена Алексом. И Валерия понимала это в глубине души, но не придала значения. Если честно, она вообще мало чему придавала значение после того, как все произошло. Роман как обычно выглядел роскошно, чего нельзя было сказать о ней. На нем была светлая рубашка, и даже сквозь ткань можно было увидеть натренированные мускулы. Раньше она была бы восхищена, и он бы точно привлек ее физически. Как бы там ни было, но физически он привлекал ее всегда. Но сейчас она просто провела рукой по своим тусклым волосам, инстинктивно пытаясь прихорошиться, но быстро бросила эти попытки. Все равно они не были активными.
– Я искал тебя. Спрашивал у Алекса, где ты и что с тобой. Он мне все рассказал.
