Но вернемся к истории о том, как мы встретились. Тебя привезли в полевой трудовой лагерь, но ты наотрез отказывался работать или вообще разговаривать, даже когда в наказание тебе не давали ни есть, ни пить и тем самым замучили тебя чуть ли не до смерти.
Когда они решили, что ты отработанный материал и не стоишь того, чтобы оставаться в живых, тебя спас поступивший из метрополии запрос на подопытных субъектов: в результате тебя отправили в правительственный опытный центр. А я, по чистой случайности, занимала там должность администратора-оператора, так что тебя приписали ко мне.
В то время я разрабатывала лекарство, способное помочь взрослым адаптироваться к новому закрытому миру. Идея проекта состояла в том, чтобы избавить планету от бунтовщиков и купировать у человека склонность к неповиновению – она-то и привела нас в свое время к ядерной войне со всеми вытекающими последствиями.
Мать-Земля сердилась на нас, поэтому нам надлежало «быть хорошими детьми» – это было ключевой фразой в проповедях правительства недавно созданного Североамериканского земельного сообщества.
Поначалу со мной ты тоже не разговаривал. Я определила тебя в обитую войлоком отдельную палату и общалась с тобой исключительно по громкой связи. Но ты постоянно сидел в углу, уткнувшись лицом в колени, и таял буквально на глазах.
По ночам мы тебя усыпляли, и мои помощники вводили тебе витамины, питательные вещества и экспериментальные химические вещества.
Не помню, почему я тогда решила почитать тебе, но мы начали с «Гамлета» Шекспира, что оказалось чертовски удачным для нас. И снова заставило меня поверить в судьбу, ты уж извини меня за некоторую склонность к мистике.
Я начала читать: «Акт I. Сцена 1. Эльсинор. Площадка перед замком. Франсиско на страже. Входит Бернардо.
И тут ты поднял голову и сказал: «Нет, сам ответь мне; стой и объявись».
Я была потрясена. Ты ведь вообще никогда не разговаривал и вдруг процитировал строку из «Гамлета». Словно я нашла ключ к твоим устам. И тогда я продолжила читать: «Король да здравствует!»
«Бернардо?» – подхватил ты.
«Он», – ответила я.
«Вы в самое пожаловали время», – сказал ты, и затем мы целый день читали отрывки из «Гамлета».
Несколько раз я пыталась прерваться, чтобы задать тебе мучившие меня вопросы, но ты только говорил: «Слова, слова, слова».
Примерно с неделю мы играли в эту игру – озвучивали пьесу, только мы двое, общаясь по громкой связи.
