Лиловый свитер из тонкого хлопка, брюки того же цвета, но немного светлее. Пара туфель Geox с блестящими стразами. Кожаная черная куртка. И еще что-то прозрачное, из тонкого шелка. И под всем этим оказалось длинное черное платье. Ники вынимает его и прикладывает к себе. Очень красивое. С глубоким, вызывающим вырезом, застежка сзади. Платье складками падает вниз, открывая изящные туфельки на высоком каблуке по последней моде. Она прохаживается по комнате, смеясь и танцуя. И так же чуть позже спускается по лестнице, держа его под руку. Она – королева фантастической ночи. Они берут такси и едут обедать на берег Сены. Раки, шампанское, хрустящий хлеб. И снова шампанское. Неслышно подходит француз с маленькой гитарой в руке. Второй, со смешными усиками а-ля Дали, вырастает у него из-за спины. Он подыгрывает на гармонике. Они весело играют, получая удовольствие, как будто исполняют эту мелодию впервые. «Жизнь в розовом свете». В глубине ресторана из-за стола встает одна дама и, невзирая на свой неюный возраст, начинает танцевать. Она закрывает глаза, поднимает руки и уносится вслед за музыкой. И какой-то совсем ей не знакомый мужчина тоже встает и присоединяется к ней. Она улыбается. Открывает глаза и ловит в воздухе его руки. Может быть, она этого ждала. Или надеялась. Как знать. Но они танцуют вот так, вместе, ничуть не стесняясь, под музыку, рассказывающую о любви. Смотрят друг другу в глаза, держатся за руки и улыбаются, допуская, что когда-нибудь кто-нибудь вспомнит об этом их танце. Ники и Алессандро, держась за руки, смотрят на них издалека, улыбаясь, как сообщники этого волшебства, этой странной формулы, секретного кода, который начинается и кончается без всяких объяснений, без правил, подобно неожиданному приливу и отливу в безлунную ночь любви. Потом перед ними появляются взбитые сливки – одна порция в высоком бокале и две ложечки, – и они весело съедают их, сражаясь за последнюю ложку. А потом – пассито: приятная итальянская неожиданность среди пира из французских блюд. Ники успевает сделать один лишь глоток, и вдруг выключается свет. Она так и застывает, подняв бокал. Вдалеке через стеклянную дверь ресторана видны отблески Сены. Старинные памятники необыкновенной красоты светятся в ночи. Теперь звучит легкая музыка. Открываются двойные двери, ведущие в кухню, и из них выходит повар в высоком белом колпаке. Он что-то держит в протянутых руках. И вдруг он убирает одну руку, и вспыхивает яркое пламя, освещая торт в его руках.
Сливки, клубника и орехи. Повар подходит к их столику и ставит торт на середину.
Все вокруг поют «С днем рожденья тебя». Кто – по-итальянски, кто – по-французски. Немного подождав, Ники дует на свечки, сразу же их погасив. Кто-то фотографирует, кто-то включает свет. Все хлопают в ладоши. Ники смущенно улыбается и благодарит. И, желая на этом закончить и заодно повеселить всех, она втыкает в торт указательный палец и, как маленькая девочка, сует его в рот. Алессандро, воспользовавшись моментом, опускает руку в карман и, подобно ловкому фокуснику, достает оттуда пакетик и кладет его перед Ники.
– С днем рождения, любимая… Спасибо, что дала мне второй шанс…
Ники тронута, она не может вымолвить ни слова, так ей нравится этот праздник. Открывает пакет, там маленькая коробочка.
– Это для меня?
Алессандро ей улыбается. Она, не веря своим глазам, открывает ее. Из коробочки как будто вырывается луч света. Это прекрасное колье, тонкое, изящное; лицо Ники освещается улыбкой. Малюсенькая луна, сделанная из мелких бриллиантов, а в центре – бриллиант в виде сердечка. Ники завороженно на него смотрит.
– Какое красивое…
Алессандро улыбается:
– Тебе нравится? Понюхай.
Ники подносит коробочку к носу:
– М-м-м, какой нежный запах. Что это?
– Я капнул туда этой эссенции. – Он вынимает из кармана маленькую бутылочку. Открывает ее и выливает немного на палец. – Это тебе. Твое собственное открытие. – И легко втирает ей за ухом.
Ники закрывает глаза и вдыхает этот свежий аромат.
– Вкусный запах!
– Это эссенция из жасмина.
Алессандро встает, берет колье и надевает Ники на шею. Маленькая бриллиантовая капелька опускается ей на грудь. Ники смотрит на свое отражение в далеком зеркале. Она кладет левую руку себе на грудь, берет бриллиантик и склоняет голову.
– Супер.
В ресторане снова играет музыка. Те мужчина и женщина, что танцевали, теперь сидят рядом и смеются. За другим столиком веселая компания молодых людей то и дело взрывается смехом. А столик Алессандро и Ники пуст. Они уже далеко: растворившись в парижской ночи, идут в обнимку под Эйфелевой башней. Они задрали головы и смотрят наверх. Туда, где в небе ползут облака, где пересекаются железные балки и лифт уносит вверх целующиеся парочки и туристов, указывающих друг другу на что-то, не видимое снизу.
