— Семья — это самое дорогое, что есть у человека, Маша.
— Согласна, — ведущая поворачивается к залу. — Что ж, дорогие телезрители, к сожалению, ток-шоу «Спроси звезду» подходит к своему завершению и традиционно в конце нашей программы первый дозвонившийся имеет возможность задать финальный вопрос герою.
Меня захлёстывает новая порция волнения. Тону в нём. По ощущениям закладывает уши и разом немеют все части тела. Даже язык и тот к нёбу прилипает.
— Подключаю к прямому эфиру через пять секунд, — информирует Оксана.
Четыре. Три. Два. Один…
Марсель устало потирает глаза, явно мечтая поскорее уйти оттуда.
— Итак, у нас есть дозвонившийся, — бодро сообщает Ардова. — Здравствуйте.
Я понимаю, что настал тот самый момент.
Или я оставлю всё, как есть и продолжу мучиться. Или…
— Давай! — шепчет вскочившая с дивана Поля, сложив руки в мольбе.
Разлепив губы, делаю вдох и выдох.
Я должна.
Мне нужно.
Мне это необходимо.
Или сейчас или уже никогда…
— Добрый вечер, — собравшись с духом, говорю наконец.
Парень резко меняется в лице. Хмурится, бледнеет и… на мгновение выглядит растерянным.
Вот так сразу узнал меня? Не может быть.
— Представьтесь, пожалуйста. У нас остаётся буквально минутка эфирного времени, — подгоняет ведущая. — Слушаем ваш вопрос.
— Марсель…
Замечаю, как он непроизвольно морщится, когда произношу его имя.
— Скажи, — у меня в ушах ритмично стучит кровь, — ты ненавидишь Её?
— О ком речь? — уточняет он холодно.
— О той девушке, которой посвящены твои песни, — выпаливаю на одном дыхании. — Ненавидишь? Не можешь простить Её?
Голос мой твёрд, но внутри… Внутри я совершенно разбита. Потому что даже через экран чувствую исходящий от него негатив.
Молчит.
— Ты можешь воспользоваться своим правом и не отвечать на этот вопрос, — какого-то чёрта услужливо подсказывает ему Ардова.
— Отлично.
— Напоминаю, в этом случае нужно будет исполнить желание поклонницы.
— Так и быть подарим ей футболку и билет на наш концерт, — издевательски выдаёт парень, неминуемо толкая меня на следующий шаг.
— Мне не нужна футболка, — заявляю уверенно.
Поля, предугадывая продолжение фразы, активно кивает, приложив ладони ко рту.
— Мне нужна одна личная встреча.
Аудитория в студии заметно оживляется.
— Охренеть. Серьёзно? — Абрамов прищуривается.
— Сегодня, — озвучиваю своё желание до конца.
— Охо-хо, — посмеивается ведущая. — Вот так заявочка. Губа не дура. Какие нынче пошли фанатки нескромные! Что думаешь?
Марсель, зло сверкнув глазами, стискивает челюсти.
— Думаю, Маш, — тянет он, — футболки и билета будет достаточно. Свяжитесь с девушкой.
— Обязательно. Спасибо, что пришёл к нам. А с вами было ток-шоу «Спроси звезду!» Увидимся в следующий вторник. Пока-пока!
Аплодисменты.
Короткие гудки в динамике.
Музыкальная заставка ток-шоу на экране.
Я по прежнему сижу на полу и тупо пялюсь на неё. Опустошённая и безумно расстроенная.
Полинка первой отходит от шока. Берёт в руки пульт. Выключает телевизор. Опускается на диван.
— Тат…
— Не сейчас, ладно?
Даю понять, что абсолютно не готова обсуждать этот эпизод.
Так и сидим как две дуры. В полной тишине. До тех пор, пока мой телефон не начинает вибрировать снова.
— Алло.
Как там говорят? Надежда умирает последней?
— Это Оксана, координатор. Нам с вами нужно выбрать удобный способ получения призов.
«Думаю, футболки и билета будет достаточно. Свяжитесь с девушкой» — эхом звучит в моей голове.
Сбрасываю вызов.
— Дай сюда! — Поля с психом вырывает телефон из моих рук. Перезванивает этой Оксане.
— Что ты делаешь?
— Щас.
Ждёт ответа.
— Да, алло. У вас что-то связью.
— Передайте Абрамову, что уже завтра ЕЁ в России не будет! Если всё-таки надумает встретиться, координаты такие…
Диктует адрес, прощается и отключается.
— Филатова…
Смотрю на неё ошарашенно.
— Выдохни, пожалуйста, — гладит меня по плечу. — Всё уже позади.
— Зачем я позвонила туда?
Что чувствую?
Стыд. Дискомфорт. Разочарование в своём поступке.
— Поверь, лучше сделать и пожалеть, чем не сделать вовсе и потом из-за этого мучиться.
— Это было ужасно.
— Так. Всё. Поднимайся. Идём-ка со мной.
Она отводит меня в ванную комнату. Пока набирается горячая ванна с пеной, обнимает и говорит какие-то слова утешения.
— Полежишь, порелаксируешь, успокоишься. Я заварю ромашковый чай. Хорошо?
— Да.
Держусь, но едва она выходит, меня накрывает тихая истерика.
Закрываюсь.
Залезаю в воду.
Плачу в тон шумящему из под крана потоку.
Долго так сижу. Не открываю дверь встревоженной Полине. Прошу оставить меня одну.
По прошествии энного количества времени всё же выбираюсь из своего убежища. Выпиваю чай, заботливо заваренный подругой. Укладываюсь в постель, натягиваю простыню до самого подбородка и устало прикрываю глаза.
Поставленный на зарядку телефон, вновь вибрирует.
— Посмотреть? — спрашивает подруга.
Уже поздно, а она тоже не спит. Из-за меня.
— Не надо.
Ни с кем не хочу сейчас переписываться.
