Филатова, не взирая на моё «не надо», пробирается в темноте к розетке.
— Не открывай сообщения от Бланко. Он обязательно будет звонить, если я прочитаю и не отвечу.
— А это не Бланко, Тат, — сообщает Поля взволнованно. — Похоже, это Марсель…
— Что там?
Вскочив с постели, устремляюсь к Поле и забираю из её рук телефон.
Читаю сообщение от незнакомого номера. Сердце, вновь сошедшее с ума, по ощущениям стучит где-то в глотке.
Собственно, всё.
Озадаченно переглядываемся с Филатовой.
Проходит секунда. Две. Три. Пять.
— Что думаешь? — наконец спрашивает она, разволновавшись не меньше моего.
— Думаю, надо ехать, — отвечаю, сглотнув шершавый ком, вставший в горле.
— Только, пожалуйста, на такси. Поздно уже.
Киваю.
Не теряя времени, как есть, босиком, бегу в ванную. Склонившись над раковиной, умываюсь прохладной водой. Воспользовавшись бумажным полотенцем, наспех вбиваю в кожу пальцами увлажняющий крем, чтобы придать лицу хоть какое-то подобие свежести. Накраситься всё равно уже не успею.
— Так, ладно.
Стягиваю резинку с волос. Расчёсываюсь. Оставляю их распущенными.
Возвращаюсь в комнату. Там горит ночник. Полина сидит на кровати.
— Слушай, а если это не он, — предполагает подруга осторожно.
— Тогда кто? — захожу в приложение. Вызываю машину.
— Вдруг это Илона, — выдвигает она свою странную версию.
Илона.
Я такой вариант даже не прокручивала в голове.
— И зачем ей это?
Подхожу к шкафу, вытаскиваю из него собранный чемодан. Присаживаюсь на корточки, расстёгиваю молнию.
— Не знаю. Может быть, она недовольна происходящим?
— Мне всё равно.
Напряжённо думаю, что надеть. У меня есть четыре минуты.
Глупо, наверное, наряжаться в платье или костюм. Будет выглядеть так, словно я стремлюсь произвести впечатление.
Хотя да. Признаться честно, я не раз рисовала в своём воображении эту встречу. Очень хотела бы выглядеть сейчас на все сто, но уже как есть…
Обуваюсь в прихожей. Вешаю ложку для обуви на место. Завязываю шнурки.
— Приедешь, кинь мне эсэмэску, пожалуйста. Мало ли, кто там.
— Хорошо.
Снимаю с вешалки куртку. Накидываю на плечи. Придирчиво осматриваю отражение в зеркале.
Белые кеды. Рваные джинсы, футболка. Заплаканные глаза.
Да, пожалуй, в моих фантазиях (в принципе не имевших права на существование) ничего из этого не значилось. Всё происходит совсем не так, как предполагалось.
Телефон, лежащий на тумбочке, вибрирует, извещая о том, что приехало такси.
— Я пошла, — поворачиваюсь к Филе.
— Давай! — крепко меня обнимает и наверняка чувствует, что я буквально дрожу всем телом. — Успокойся. Он будет рад тебя видеть, несмотря ни на что. Поняла?
Киваю.
— Закрывайся.
Прощаюсь. Выхожу за дверь.
— С Богом! — произносит она тихо.
Быстро спускаюсь по ступенькам.
Один пролёт.
Второй.
Третий…
Вылетаю из подъезда в ночь.
На улице хорошо. Тёплый воздух. Небо чистое. Усыпано звёздами.
Громкая молодёжь, занявшая лавочку, затыкается. Подумали, видимо, что кто-то решил возмутиться по поводу того, что они шумят и орут в столь поздний час.
Парни и жующая жвачку девушка внимательно меня разглядывают.
— Э, а с соседями поздороваться? — предъявляет мне кто-то из их компании.
Молча прохожу мимо. Связываться с нетрезвыми людьми — себе дороже. Как говорит бабушка Алиса: «Ты им слово, они тебе десять. Не отделаешься потом».
— Язык проглотила, что ли?
— Важная такая! ЧСВ зашкаливает?
— По ходу, — подключаются к обсуждению моей персоны остальные.
— Ебабельная, — слышу краем уха и игнорировать подобное становится уже за гранью моих возможностей.
Останавливаюсь. Оборачиваюсь. Посылаю в сторону лавочки самый свой недобрый взгляд.
— Она явно не заценила твой комплимент, братан.
— Приберегите подобные комплименты для своей подруги, — чеканю ледяным тоном.
— Посмотрите на неё! Оскорбилась!
Ржут.
— Она чурка? — пренебрежительно интересуется размалёванная девчонка с жвачкой во рту.
— Ты чурка? — переадресовывается мне её вопрос.
— Учёные говорят, что алкоголь безвозвратно убивает клетки мозга. Судя по тебе и твоим друзьям, это действительно так.
Продолжаю путь до машины.
— Чё-чё она прошелестела? Тупыми нас назвала?
— Типа да.
Кроют меня матом, вовсю используя нецензурные эпитеты.
— Здравствуйте, — забираюсь в ожидающее меня такси.
— Китай-город? — спрашивает мужчина.
— Да. Причал.
Отъезжаем от дома Филатовой. В какой-то момент кажется, будто слышу её голос. Видимо, на нервной почве мерещится всякое.
— Не дует? Прикрыть окно? — интересуется моими пожеланиями водитель.
— Нет, пусть.
Свежий воздух мне сейчас не помешает. Нужно прийти в себя. Успокоиться. Поймать каким-то образом дзен.
Я же кремень? Кремень.
Зажмурившись, пытаюсь предугадать исход этой встречи.
Боюсь даже предполагать, но уже как будет, так будет. Обратного хода нет.
Открываю глаза. Смотрю в окно. Вспоминаю эфир. Реакцию Марселя.
Он был явно удивлён и растерян. Похоже, уже и не ждал того дня, в который вдруг услышит мой голос.
Разозлился, когда первый шок прошёл. Насколько сильно, пока не представляю. Боюсь.
