– Не надо оправдываться, Настя. Вы взрослые люди, и это ваше дело. Меня оно не касается, подумай о Глебе. Звонила тебе на кафедру, я куклу привезла, хотела к тебе подъехать и передать ее, но мне сказали, что ты не работаешь сегодня. Я волновалась, подумала: «Что-то случилось». Теперь вижу – случилось, – достала из сумки и протянула Насте куклу. – Она хорошо сохранилась на антресолях. Красивая и очень добрая. Добрый человек её делал, – Матильда села на диван и заплакала.
Настя держала куклу в руках, и память услужливо напомнила, как девочки собирались ехать на летние каникулы к бабушке Варе и деду Игнату, собирали с собой любимых кукол; перед мысленным взором Насти появилась Тоня, серьезная, и деловито говорит, что шить новое платье Дуняше она не будет, пусть Настя учится делать это сама. Настя захныкала и ответила, что она не умеет шить, на что Тоня снова повторила, чтобы она училась шить, отошла в свой уголок и принялась наряжать Марфутку. Вот в этом наряде Марфутка и была сейчас в руках Насти.
– У меня в руках исторический артефакт, – Настя говорила тихо, – целая эпоха, счастливая жизнь большой семьи – бабушек, дедушек, детей и внуков. Бабушка Тоня была необычайно добрым человеком, ласковая и любящая всем сердцем нас, детей, своих внуков. Мне тогда казалось, что Тоню она любит больше, чем меня, я даже маме об этом сказала, когда бабушка подарила эту куклу Тоне, а мама ответила, что любит бабушка нас всех, и куклу она мне тоже подарит. Не успела подарить, умерла бабушка Тоня, она сильно болела, только нам, детям, об этом не говорили, – Настя замолчала.
Матильда уже не плакала. Они сидели рядом грустные, и эта грусть их соединяла с прошлым, ведомым Насте и совершенно не известным Матильде.
– Мы найдем Тоню! – уверенно сказала Настя. – А пока я предлагаю тебе с Алёшенькой поехать со мной в Кострому к моим родителям. Расскажем им вместе о том, что у них есть племянница и внук, не хочу по телефону сообщать столь важную новость для семьи.
Определились с датой поездки – скоро каникулы в школе, это лучшее время для поездки. Матильда уходила от Насти внешне успокоенная. Обнимая её на прощание, тихо сказала:
– Если этот Илья – из нашей молодости, будь осторожна, никто не знает, что принесёт нам прошлое. Прошлое – уже история, и возвращаться в него не надо.
– Буду осторожна, прошлое надо уметь отпускать. Но пока не могу это сделать, – Настя вздохнула, и этот протяжный вздох выдал её тоску.
Она закрыла за Матильдой дверь, прошла в комнату, собрала разбросанные рисунки, сложила их стопкой, села на диван, взяла в руки куклу. Задумалась. «Прошлое – это то, что уже случилось, и случилось так, а не иначе, и изменить его нельзя. Прошлое напоминает об ошибках и неудачах, но оно и учит не повторять ошибок; личный опыт – самый действенный из всех опытов, но при одном условии: человек должен хотеть понять и принять опыт как свой личный, а не обвинять в своих ошибках, неудачах и печалях всех, кто был или, наоборот, не был рядом. Жизнь – это лента событий одного человека, причудливо переплетающаяся с лентами событий других людей; в местах переплетений завязываются узлы – часто настолько тугие, что их нельзя развязать; своей непримиримостью, злобой и ненавистью люди их ещё больше затягивают. Так узлы превращаются в легендарные «гордиевы узлы», которые можно только рубить, и разрубая узел тяжелых отношений, люди рвут жизненно важные связи между собой. А может, всё-таки можно распутать узел, медленно, с пониманием к ситуации? В какой узел сплелись судьбы семьи Насти и семьи Матильды? Можно его развязать или придется рубить? Теперь понятно, почему Хелена плохо относится к Матильде – она её никогда не любила, насильно навязанная отцом девочка ей была не нужна. А что чувствовала Зина, когда у нее отбирали детей? – от этого вопроса Насте стало холодно, её отхватил озноб. – Что же чувствовала Зина? Злость, обиду, ненависть? К кому? Только ли к отцу своего мужа? Наверно, соглашаясь работать на той работе, которой она занималась, она не была поставлена в известность, что ей нельзя иметь детей; или она знала, что детей с нею не будет, и согласилась на это, а потом вдруг в ней заговорили материнские чувства, вот она и решила забрать Тоню. Тоню, а не Матильду, потому что Тоня не была удочерена моими родителями. А почему они её не удочерили? – Настя вздохнула. – Мама говорила, что она ждала года три – Зина приедет и заберет Тоню. Зина не приехала, почему не удочерили потом? Удочерили бы родители Тоню, Зина не смогла бы её увезти спустя десять лет. С чего это ты решила, что она не смогла бы её увезти? Да там, где работала Зина, любые бы документы сделали на Тоню», – горестно заключила Настя.
Праздник 8 Марта – самый любимый праздник женщин и мужчин, если уж не всего Советского Союза, то России точно. Глеб рано утром поздравил Настю букетом из роз, мимозы, гвоздик и тюльпанов. Она, приняв букет, удивленно его разглядывала и, прищурив глаза и хитровато посмотрев на мужа, спросила:
