Из тюрьмы строгого режима сбежал опасный маньяк Айзек Макквин. Он был первым арестованным Евой Даллас, лейтенантом полицейского управления города Нью-Йорка. Преступник жаждет реванша. Муж Евы, не раздумывая, встает на защиту любимой. Преследуя Макквина, они отправляются из Нью-Йорка в Даллас, родной город Евы, с которым у нее связано много трагических воспоминаний. Вместе у них есть шанс справиться с грядущим испытанием. Но как долго им удастся оставаться вместе?
Настоящее — это суммарно взятое прошлое…
На исходе лета если уж дождь зарядит, то это надолго.
«Хоть бы Бог послал мне убийство!» — думала лейтенант Ева Даллас, уныло глядя в крохотное окошко своего кабинета все в дождевых потоках. Послал — во спасение: только мокрое дело освободит ее сейчас от бумажной мороки. Альпийские горы незаполненных документов высились на столе, наводя на нее зубодробительную тоску. И сколько она ни убеждала себя, что это бумагомарание — часть полицейской работы, легче не становилось.
Запасшись равновеликим альпийским масштабам количеством кофе, Ева заперлась в кабинете и, оттягивая неотвратимый момент, когда придется-таки сдвинуть с места ворох бумаг, предалась размышлениям. Что-то мирно люди живут… Вот бы кто-то кого-нибудь грохнул — прямо сейчас… Тогда она занялась бы расследованием, а не тупо сидела бы за столом. Впрочем, вся эта бумажная волокита останется ей на потом. За сколько расследований она еще не отчиталась?
Вздохнув, она вытаращилась на цифры, в которых должна была навести порядок. Сначала — бюджет департамента. Расходы. Ага. Вот тут надо поджать, там подогнать… А что поделаешь? Копы, между прочим, не питаются воздухом.
После финансовых отчетов Ева взялась за накладные расходы своих подчиненных.
Бакстер. Новые ботинки? Да еще за три с половиной сотни? Ого! Преследовал преступника по канализации и лишился штиблет. Ха-ха. Глядеть под ноги нужно, особенно в отхожем месте.
Рейники. Информация от проститутки. Отлично. Однако в расходном отчете проставлен двойной тариф. А парень-то не промах…
Ева подняла глаза от экрана и посмотрела в окно. Все те же косые струи дождя. Хорошо, что она тут, а не парится в аэротрамвае, стиснутая со всех сторон мокрыми пассажирами. Лето 2060 года в Нью-Йорке было сплошной парилкой, и, чтобы почувствовать себя моллюском на блюде, не требовалось буйной фантазии.
Ладно, хватит, оборвала себя лейтенант Даллас и отхлебнула кофе. Надо быстро заканчивать с документами, а то и награду получить не успеешь: время уже поджимает.
Она и ее напарница Пибоди отличились, и теперь их ждало награждение. Пибоди молодец, не в первый раз подумала Ева, — это с ее подачи разоблачили целую шайку продажных копов! И Ева исхлопотала для Пибоди медаль «За особые заслуги и высокие моральные качества», что ее радовало, несмотря на должностную необходимость ковыряться в бумагах. Еще парочка — и она получит возможность отдаться радости церемонии награждения со свободной от цифр головой и чистой совестью.
Еве вдруг страшно захотелось шоколаду. Вот только нового места, куда его можно было бы надежно упрятать от подлого Шоколадного вора, она еще не придумала. Жаль, что Пибоди давно повысили с должности ее помощницы до напарницы и на нее нельзя, как раньше, спихнуть часть бумажного бремени… А славные были денечки.
Опять тянешь время, констатировала она и запустила руку в копну коротких темно-каштановых патл. Стрижка ее была далека от элегантности.
Ценой невероятных усилий Ева пробилась сквозь отчеты по накладным и отправила результаты начальству.
Теперь это их проблема, не без злорадства сказала она себе в утешение. А характеристики подождут.
— Сделал дело — гуляй смело, — сказала она вслух.
Невозможно выполнить команду, — отозвался компьютер.
— Я закончила.
Неверное утверждение. Приказано выключить систему только после заполнения всех заявленных отчетов и характеристик. Приказ исходит от лейтенанта Евы Даллас. Приказ первоочередной важности может быть аннулирован только в случае пожара, террористической атаки, инопланетного вторжения или требующего ее участия расследования убийства.
Черт, неужели это она сама придумала?
— Планы изменились, — строго подтвердила она вслух.
В приказе оговаривается, что изменение планов, утомление, скука и прочие жалкие отговорки не имеют силы…
— Ну, ты еще укуси меня… — пробормотала Ева.
Невозможно выполнить команду…
— Ладно, ладно. Компьютер, вывести на экран характеристики на всех офицеров моего отдела за предыдущий период, в алфавитном порядке, — скомандовала Ева и снова принялась за работу.
Да уж, спасибо, удружила она себе. Но это все потому, что она была строга к себе. И отлично знала, что каждый из ее подчиненных заслужил честную и основательно составленную характеристику, сколько бы у нее на это ни ушло сил и времени.
